— Я тебе уже говорил: хочешь в дом — полай. А не копошись у двери, как лазутчик. Поняла? — нарочито сурово произнес хозяин.
Анька огрызнулась, не раскрывая пасти, и проскользнула в дом, демонстративно обойдя Тубиса. Заметив спавшую на диване женщину, собака приблизилась к ней и понюхала руку. Запах был знакомый и неприятный. Из-за этого запаха хозяин буквально помешался и стал уделять Аньке гораздо меньше внимания. Однажды она обязательно искусает эту человеческую самку.
— Не смей, — приказал Сан Саныч. — Теперь она твоя хозяйка. И ты должна ее защищать.
Олеся толкнула дверь и заглянула внутрь. В коридоре было темно, но не настолько, чтобы не заметить царившие здесь грязь и запустение. Очевидно, помещение было нежилым. Девушка посветила дисплеем мобильного телефона: клочья обоев свисали с ободранных стен, на потолке темнел вырванный электропровод, на полу валялись старые газеты и целлофановые пакеты. Картина была жутковатая. Олеся поспешила уйти.
В машину садилась со смешанным чувством облегчения и замешательства. С одной стороны, приятно, что Тубис не живет в этой дыре. С другой стороны, непонятно, зачем ему понадобилось оставлять на работе фальшивый адрес. У этого мужчины явно есть какая-то тайна. И Олеся твердо намеревалась разгадать ее. Давно ей не было так интересно жить.
— Сергей Иваныч позвонил из Мюнхена. Все путем, долетели нормально. Будем ждать новостей, — сообщил Макс. — Дай бог, фашисты помогут.
Глеб невольно улыбнулся: иногда друг выдавал такие перлы, что хотелось записывать. Тем не менее радостного настроения приятеля Глеб не разделял. Конечно, хотелось считать, что современная медицина творит чудеса, но слишком много факторов должно сойтись, чтобы чудо свершилось. Порой есть и возможности и желание — но один маленький нюанс перечеркивает успех. Так было с Юрой. Вроде и почка для трансплантации нашлась, и операция прошла успешно, и процесс приживания донорского органа протекал без критических эксцессов. Жить бы еще парню и жить. Не повезло: попал не к тем врачам и умер в больничной палате. Все научные и медицинские достижения по-прежнему держатся на обыкновенной удаче. Глеб искренне желал, чтобы Джеку повезло больше, чем Юрке.
— Эй, старик, ты на проводе? — послышалось из телефонной трубки. — Ты сам-то куда пропал? Увидимся сегодня?
— Извини, Макс, у меня тут дел по горло накопилось. Хочу разгрести.
— Нужна помощь?
— Возможно, — неопределенно ответил Глеб. Задачи, которые ему предстояло решить, были довольно специфическими. Привлекать товарища вряд ли имело смысл. Да и своих проблем Максу хватало с головой.
— Ты не скромничай. Имей меня в виду, договорились?
— Договорились, — соврал Глеб. — Что слышно от детектива?
— Ничего, — мрачно ответил Макс. — Говорит, как только, так сразу.
— Держи меня в курсе.
— Само собой. — Приятель помолчал. — Думаешь, Лизка найдется?
Честно говоря, на сей счет Глеб не думал. У него имелись вопросы поважнее. Да и что еще он мог предложить для эффективного поиска подруги? Услуги частного сыщика оплатил, а других идей пока не появилось. Оставалось только ждать, полагаясь на профессионализм нанятого специалиста.
— Найдется, — убежденно произнес Глеб. — Лиза всегда умела за себя постоять.
— Ты сильно переоцениваешь ее способности. — Голос друга прозвучал резко. — Может, она и стерва в чем-то, но по большому счету обычная баба. Куда ей тягаться против мужика.
— Прежде она отлично справлялась с мужиками, если не своими, то чужими руками, — зло ответил Глеб. — Если я участвую в ее поисках, то вовсе не от великой любви, и, думаю, ты сам это понимаешь. Твои чувства — это твое личное дело. Но мне их навязывать не стоит.
— Вон ты как заговорил, — медленно протянул Макс. — Я грешным делом подумал, что ты вернулся и у нас все будет, как раньше. Ошибся, по ходу.
— «Как раньше» — это как? Убивать людей ради прихоти или корысти? — Глеб усмехнулся. — В таком случае ты не ошибся, как раньше, не будет. Но я не отказываюсь участвовать в решении нынешних проблем. Я не буду стоять в стороне и наблюдать, как ты один разгребаешь дерьмо, которому мы все вместе послужили причиной.
— Я понял, старик, — сухо произнес Макс. — Спасибо за благородство.
— Ничего ты не понял. — Глеб повысил голос, постепенно раздражаясь. — Благородством тут и не пахнет. Я всего лишь признаю свою ответственность. Мы попали в незавидное положение, но мы выберемся, если будем мыслить по-деловому, а не опускаться до дискуссий о том, кто кого любит, а кто нет.
— Лады. Как будут новости, я тебе сообщу, — бросил Макс и положил трубку.
Глеб вздохнул, еле поборов желание что-нибудь немедленно разломать. Последние дни выдались особенно напряженными, и он прилагал немалые усилия, чтобы сохранять холодный ум. Навалилось все сразу, и было непонятно, в какой последовательности решать задачи и как. Приоритетом были поиски Гали и идентификация личности мстителя. И хотя Глеб не сомневался, что именно Велецкий является тем самым инкогнито, это нисколько не упрощало ситуации, а может быть, даже наоборот.
