Человек и глобус полностью

Л е н а. Какой вы нечестный, хитрый, злой! Поймали на удочку. Думаете, уличили в бездарности? Да, он еще неопытный. Что в этом преступного? А проект он сделал отличный. Да. (Пауза.) Почему вы так смотрите? За кого вы меня принимаете? Я вас не хотела обманывать. Ничего от вас не утаила. Пришла с открытой душой. Скажу больше: Сергей не знает, что я у вас. И вы не говорите ему.

Б у д а н ц е в. Погубишь ты своего Сергея Николаевича.

Л е н а. Не вам судить.

Б у д а н ц е в. Мне! Я прожил в три раза больше твоего. И только под конец понял, что нет ничего дороже искры божией в человеке. И когда вижу, как гасят сами в себе или в других эту искру, мне кричать хочется. Ведь в это время народ грабят, у народа мастера отнимают. Человек, может быть, на великое был способен, а его в кустаря похвалами превращают. Отличился — нарисовал кошкин дом да душегубку для буренок — гордись, почитай себя талантом.

У ш а к о в (насильно усаживая его). Успокойся.

Б у д а н ц е в. Да я ничего.

Л е н а (с удивлением рассматривает Буданцева). Вы не человек.

Б у д а н ц е в (весело). Черт?

Л е н а. Даже не знаю. Какая необыкновенная доброта! «Всей душой хочу помочь», — и тут же без конца унижаете, оскорбляете. (Ушакову.) Скажите, тот товарищ, которого вы назвали изобретателем, знает нашу историю?

У ш а к о в. Начало и середину.

Б у д а н ц е в. Это какой изобретатель?

У ш а к о в. Задорожный.

Б у д а н ц е в (Лене). Знает, знает.

Л е н а. Он имеет право вмешаться и повлиять на финал?

У ш а к о в. Еще как. Ему выпадает главная роль.

Л е н а. Злодея? Благодетеля? Говорите! Вы же распинались о честности. Ну, честно, честно!

У ш а к о в. Вашего самого горячего благодетеля.

Л е н а (удивлена, растеряна). Мама родная… Я ничего не понимаю. Кто же из нас действительно безнадежно глуп?

Б у д а н ц е в. Глупых, дочка, нигде — и среди нас — нет. Просто каждый умен по-своему.

Лен а. Я ухожу. Могу я все же считать, что акт о приемке будет в моих руках?

Б у д а н ц е в. Не привык бросать слова на ветер. Вручу.

Л е н а (поеживаясь). Спасибо. До свидания.

Б у д а н ц е в. Счастливо.

У ш а к о в. До свидания.

Лена ушла. Молчание.

Все слыхал?

Б у д а н ц е в. С самого начала.

У ш а к о в. Выходил бы пораньше.

Б у д а н ц е в. Ведь есть же у нее хоть какая-то совесть. Ну, вышел бы. Куда ей деваться? Провалиться сквозь пол… В общем — половицы пожалел. И ее. Вот, значит, какой я. И злой, и подлый. Должно быть, самый главный черт в аду и с виду приятнее и в обхождении ласковее. (Усмехнулся.) Отступать, что ли? Вот-вот прискачет Задорожный: крик поднимет. (Пауза.) Что? В горле першит? Попей водицы.

У ш а к о в. Водки бы… Не гожусь я в руководители. Не гожусь. Я бы ее… Нет, улыбайся. Кто-то ей мозги набок свернул, а ты врачуй.

Б у д а н ц е в. И не как-нибудь, а покуда сил хватает. Ничего, Егор, не тужи, налегай на гужи. Живое дело тянем… (Смотрит на ноги.) Сапоги и те одинаковые не получаются. А люди?..

З а н а в е с.

Кабинет Буданцева в правлении колхоза. Входная дверь, два окна на улицу. Все убранство кабинета состоит из письменного стола, небольшой этажерки, стульев, расставленных вдоль стен, нескольких портретов и плана землепользования, повешенного над столом.

Л у ш а, сидя на председательском месте, читает газету, щелкает семечки. Входит  В а л я, за ней — Д а ш а  в рабочем костюме. Г е н н а д и й  останавливается в дверях.

Л у ш а. Разрешение надо спрашивать. Поди, кабинет.

Г е н н а д и й (отступая). Я жду вас, Даша.

Д а ш а. Я скоро. (Закрыв дверь.) Пристал, как банный лист. Проходу не дает. А ты из себя начальство не строй.

Л у ш а (угощая семечками). Не сорить, на пол не плевать. Хотите посекретничать?

В а л я. Посидим минутку.

Д а ш а. Нашлась просительница! Я теперь колхозница. Демократию знаю. Полная хозяйка в любом месте. Вот. (Садится. Вале.) Устроилась?

В а л я. Почти договорилась. Берут токарем, потом переведут на трактор.

Л у ш а. Погуляй с недельку — к нам новая машина поступит. Выгоднее, чем у станка приплясывать.

В а л я. Не манит в извозчики.

Л у ш а. Ну а седоком себя не увидишь. В директора не вылезешь.

Д а ш а (о семечках). Недожаренные. Люблю, когда на зубах похрустывают. А я вчера с обеда начала пролетарскую жизнь. Работница кирпичного завода.

В а л я. Уступила?