– Ладно, волчара! – с угрозой проговорил Марченко. – Не хочешь говорить по-хорошему, тебе же хуже! Сейчас будет тебе и консул, и адвокат… Доктор, колите ему что-нибудь, чтобы развязать язык!
Тут Дилялов снова дернулся и предпринял отчаянную попытку прорваться к двери. При этом он заорал:
– А-а! Полиция, полиция! Сюда…
Марченко среагировал с небольшим опозданием, но все же успел удержать чеченца. Навалившись на него всем телом, полковник прорычал:
– Доктор, мать вашу, вы где? Колите ему укол! Быстрее! Чего вы чешетесь?
Доктор Мережковский не переносил не только вида крови, но и насилия. С трудом держа себя в руках и стараясь не смотреть в сторону чеченца, он отломал кончик ампулы и набрал в шприц скополамин.
Увидев это, Дилялов снова отчаянно задергался. Чтобы успокоить его, Марченко пришлось даже слегка придушить чеченца. Мережковский наклонился к хрипящему противнику и сделал внутривенную инъекцию Дилялову. Выдернув шприц, он поспешно отошел, плюхнулся на кровать и отвернулся в угол.
«Сыворотка правды» подействовала на удивление быстро. Дилялов сперва перестал дергаться, а потом и вовсе расслабился. Марченко отпустил чеченца и заглянул в его глаза:
– Как тебя зовут?
Несколько секунд чеченец молчал.
– Как тебя зовут? – повторил вопрос полковник.
– Руслан… Дилялов.
По глазам было видно, что Турист очень не хочет отвечать, но ничего не может с собой поделать.
– Есть контакт! – пробормотал Марченко, хватая со стола диктофон и включая его. – Кто тебя послал в Турцию?
– Завгаев…
Ответы пока что вырывались из Дилялова как бы через силу, но это было только начало. Наклонившись к чеченцу, Марченко продолжал выстреливать вопросы:
– Зачем он тебя послал?
– Открыть счета…
– Зачем нужны эти счета?
– Чтобы через них перечислить деньги…
– Для кого?
– Для одного русского…
– Кто он?
– Высокопоставленный офицер ФСБ…
– Как его фамилия?
– Не знаю…
– А как же ты открывал на его имя счета?
– Счета кодирован-ные… – вдруг закашлялся Руслан, и на его губах проступила пена.
Не обращая на это внимания, Марченко продолжил:
– Ты точно не знаешь его фамилии?
– Точно.
– Но что-то тебе о нем известно? Ведь известно?
– Да… Завгаев обмолвился, что Басаев похвастался ему, будто этот русский раньше служил… служил…
Дилялов натужно сглотнул слюну, его лицо вдруг стало менять цвет. Не замечая этого, Марченко наклонился и дважды повторил:
– Где? Где он раньше служил? Ну?
– В… а-а… ф… е-е…
– Где? Говори громче! Не слышу! – в горячке Марченко схватил чеченца за грудки.
И тут Дилялов вдруг задергался, его глаза буквально вылезли из орбит, желтая пена поперла изо рта, словно из стиральной машинки.
– Какого хрена? – отшатнулся Марченко. – Что это? Доктор!
Мережковский, сидевший на противоположной кровати с закрытыми глазами, вздрогнул и повернулся. Увидев, что происходит с чеченцем, он вскочил и попытался схватить со стола свой чемоданчик.
Но руки его дрожали так, что чемоданчик выскользнул на пол. Содержимое с перезвоном брызнуло в разные стороны. Мережковский наклонился, пытаясь отыскать нужные ампулы.
На кровати умирал человек, и виноват в этом был он, доктор Мережковский. Из-за морального давления, которое на него все время оказывал Марченко, доктор не сделал пробы на скополамин. А у Дилялова оказалась индивидуальная непереносимость этого препарата.
Дилялова еще можно было спасти, нужно было только отыскать атропин и все остальное, что положено применять в таких случаях. Мережковский почти отыскал нужные ампулы, но тут его грубо дернул за плечо Марченко:
– Вы чего там копаетесь, черт бы вас побрал! Приводите его в порядок, потому что, если он не сможет ответить на мои вопросы, вы у меня под суд пойдете! За развращение несовершеннолетних!
Это стало последней каплей. Мережковский вдруг дернулся, выронил спасительную для Дилялова ампулу и стал оседать на пол. Лицо доктора перекосилось, он ухватился за сердце и захрипел.
– Эй, какого хрена? – склонился над ним Марченко. – Сейчас не время! Вставайте…
Но Мережковский продолжал корчиться и стремительно бледнеть.
– Пидарас чертов, нашел время, когда в обмороки падать… – зло процедил сквозь зубы Марченко.
В следующий миг он разогнулся и в растерянности посмотрел на Дилялова. Чеченец выглядел еще хуже Мережковского, и это не на шутку напугало Марченко.
– Доктора сюда, срочно! – заорал полковник, рванувшись в коридор.
