Я заглядываю в его глаза, в которых читаю понимание, тревогу, грусть и еще что-то… Почему я нахожу утешение в глазах Дмитрия, а не Андрея? Почему мой муж не смотрит на меня так?
Я всегда была уверена, что именно любимый супруг должен смотреть на меня таким взглядом, понимать с полуслова, обнимать крепкими руками, в которые я всегда могу укутаться и в которых нахожу утешение. Но, может, это просто детские мечты? Фантазии маленькой девочки, которая мечтала выйти замуж, чтобы жить со своим возлюбленным и умереть в один день, в одной кровати, держась за руки? Но реальность жестока… Видимо, пора снять розовые очки, иначе они поглотят мою наивную душу и мне никто не поможет.
– Это сложно, – начинаю я, – но я знаю, тебе можно доверять. – Я смотрю на Дмитрия и начинаю еще больше верить в свои слова. – Знаешь, мой муж не такой ласковый и нежный, как на экране. Дома он совсем другой. Я словно пленница его гнева… Он так груб, что иногда я сомневаюсь в существовании любви в его сердце. – Большая пауза. – К моему стыду, я не удовлетворяю его потребностей. Наверное, именно поэтому он скрыл от меня то, что будет сниматься в постельных сценах! – В этот момент я становлюсь безумной. В моей голове всплывают все те картины, когда Андрей поднимает на меня руку, унижает, оскорбляет. Именно сейчас я хочу его ударить! Я хочу плюнуть ему в лицо! Унизить так же, как он меня! Увидеть его беззащитным щенком у моих колен!
Боже, что ты сделал со мной, Андрей?
– Правда? Как ты об этом узнала? – не обратив внимания на мое гневное лицо, спрашивает Дмитрий.
– Мне сегодня ска…
Вдруг мою речь прерывает официантка с подносом еды в руках. Когда она уходит, я продолжаю:
– Мама сказала, что в той книге, по которой снимают фильм, есть постельные сцены, – отвечаю я, попивая молочный коктейль.
– Может, в фильме их уберут?
– Нет. Весь сюжет построен на них… Вот козел, – ругаюсь я.
Дмитрий улыбается, услышав, наверное, первое ругательство из моих уст.
– И все? Проблема только в этом? – с ухмылкой спрашивает Дмитрий, вытирая салфеткой рот.
Я закусываю губу.
– Нет. Конечно, нет. Но не уверена, что…
– Что можешь рассказать почти незнакомому человеку свои проблемы? Анна, серьезно? – то ли рассержено, то ли иронично спрашивает Дмитрий.
Боже, я сглупила. И вправду, сама попросила его выслушать и помочь, но сама же и ухожу от вопросов. Так я никогда не смогу рассказать то, что у меня на душе. Либо сейчас, либо никогда.
– Еще он мне изменяет. С моей знакомой, – слишком резко говорю я, отчего Дмитрий чуть ли не давится водой.
– Что?
– Да.
– Почему ты решила, что он тебе изменяет?..
Мое сердце сжимается от потока болезненной правды, которая льется из моих уст:
– Я нашла под кроватью браслет, на котором было выгравировано «Марго». А потом, ночью, прочитала сообщения от той самой Марго. И не трудно было догадаться, что эта сучка работает со мной в одну смену! – вылетает из моих уст.
Дмитрий, кажется, шокирован, что Андрей изменяет мне. Да ну? Я думала, что это довольно предсказуемо.
– А ты готова простить измену?
– Нет. Именно поэтому я здесь, а не дома, – пожимаю я плечами.
В один момент я понимаю свое положение: муж козел и бабник, работы у меня нет, да еще и союз Дмитрия разорила. Кажется, хуже быть не может.
– Я бы не смог простить измену, – вдруг произносит Дмитрий, посмотрев мне в глаза.
– Я думала так же. Но, как ты там сказал, любовь затуманивает меня!..
Мы смотрим друг на друга, наверное, еще секунд десять, а потом неловко отводим взгляды, продолжив есть блюда и беседовать на разные темы, потеряв счет времени, будто совсем недавно между нами не было никакого откровенного разговора.
В конце концов, счет мы делим пополам. Выходя из ресторана, мне не хочется покидать место, где я и вправду раскрылась. Где смогла сказать правду и не выставить в добрый свет Андрея, как привыкла это делать. Теперь я на самом деле понимаю, что весь мой брак – фальшь.
Я так рада, что оказалась с Дмитрием в этот вечер. Наверное, он помогает мне не словами, а чем-то более мощным… Может, мы чувствуем друг друга на ментальном уровне? Я знаю, что ему можно верить, можно раскрыться; он меня не осудит – никогда. Странно, что Дмитрий такой. В моей жизни, наверное, не было людей более светлых и добрых. Все они в любом случае имели человеческие слабости – деньги, власть. Но он совсем другой. Такое возможно? Или я просто примеряю новую партию розовых очков?
После мы с Дмитрием садимся в машину.
– Черт, уже десять часов. Мы совсем забыли про время! – говорю я, пристегнув ремень безопасности.
– Ну, ты уже большая девочка. Думаю, мама не будет тебя ругать.
Я заливаюсь звонким смехом, Дмитрий подхватывает его. Наш задор сливается в одно целое – и теперь кажется, что смеется один человек. Такие непринужденные фразы Димы меня крайне забавляют. Будто он специально делает это, чтобы рассмешить меня. Хотя, может, в моем чрезмерном веселье виноват бокал, который я заказала напоследок, а потом еще один…
– Я же говорил, что те три бокала были лишние. – Ой, кажется, и вправду перебрала.
