София ждала продолжения. Поняв, что его не будет, она сказала:
— И все.
— Это уже много.
— А ваш следующий роман?
— Пока что я не пишу.
С мгновение она колебалась, рассматривая обложку.
— Вы переехали сюда, чтобы спрятаться от собственного романа.
Она точно вымерила интонацию, чтобы согнать иллюзию вопроса. Гарри всматривался в свечу на журнальном столике. Кончик пламени дергался, словно коловорот, бурящий темноту.
— Все мы от чего-то бежим, вам так не кажет ся? — ответил он через какое-то время.
София грустно улыбнулась собственному отражению в бокале.
— То, от чего мы бежим, всегда найдет способ преградить нам путь, — сказала она.
Гарри был полностью согласен. Он подумал, что настал подходящий момент и другого случая уже не подвернется.
— Я узнал место со снимка на вашем столе.
— Не сомневаюсь, — ответила она, глядя на Гарри.
— Вы хотели, чтобы я его увидел?
— Возможно.
Гарри уловил волнение в голосе Софии. Она встала, вышла из комнаты, через несколько секунд вернулась со снимком и села в кресло. Провела указательным пальцем по расплывчатому силуэту за окном и пристально посмотрела Гарри в глаза.
— Готова поспорить, что мэр вам о нем не рассказывал.
— Он упомянул целителя, живущего напротив моей фермы, которого никто в деревне не видел после смерти его матери.
— И ничего больше?
— Нет.
— Мерзавец, — возмутилась София.
— Я видел только силуэт на снимке и понятия не имею, как он выглядит по-настоящему.
— Выглядел, — холодно поправила она.
— Как так — выглядел?
— Закари умер примерно шесть лет назад. Я нашла его бездыханное тело в овчарне.
— Умер, — повторил Гарри, не веря своим ушам, словно пытаясь во второй раз ощутить всю силу этого слова.
Он взял фотографию из рук Софии и принялся рассматривать, твердя, что это невозможно. София спокойно наблюдала за ним, будто ждала такой реакции.
— Кто-то приходил ко мне домой, когда меня не было, я думал, что это он.
Девушка поморщилась:
— Наверное, вы ошиблись.
«Она решила, что я сочиняю, что воображение сыграло со мной злую шутку, что я просто не способен жить в изоляции и одиночестве», — подумал Гарри. И ладно, в этот раз он пойдет до конца.
— Я слышу шум с фермы напротив. Прошлым вечером даже сходил проверить… и увидел кое-что.
— Что же вы увидели?
— Понятия не имею, было темно.
— Скорее всего, его пса, который гуляет по округе.
— Его пса?
— Вы его привозили недавно. Это пес Закари. Время от времени он наведывается к дому бывшего хозяина.
— Нет, он боится того места, к тому же… чудовище было выше человеческого роста.
София посмотрела на Гарри, как на подстреленного зверя, пытаясь оценить тяжесть раны.
— Вероятно, вам почудилось.
— Нет, я точно видел.
Гарри не стал упоминать жуткий череп, решив, что София права, и еще раз взглянул на снимок.
— Этот мужчина был для вас важен?
София посмотрела на фотографию в руках Гарри.
— Я любила его, — ответила она.
Волнение утяжеляло каждое слово, застрявшее в горле. Она глубоко вздохнула и продолжила:
— Любила, но у меня его забрали.
— Кто забрал?
— Я все расскажу, но сначала должна вас кое с кем познакомить.
Девушка исчезла. Гарри снова услышал ее приглушенный голос. Она вернулась вместе с ребенком лет пяти. Он держал в руках медвежонка. София разбудила его. Мальчик тер глаза, поглядывая на Гарри и явно желая вернуться в постель.
— Это Калеб.
Гарри не реагировал. Мальчик был неописуемой красоты. Если бы художнику вздумалось написать ангела, лучшей модели было бы не сыскать. Ребенок застенчиво кивнул.
— Мама, кто это?
— Гарри, мой друг, я хотела вас познакомить.
— Добрый вечер, Калеб.
— Добрый вечер, месье. — Мальчик посмотрел на мать: — Можно я вернусь в комнату? У меня все еще болит живот.
— Конечно, дорогой. Если завтра не станет лучше, поступим как сегодня: я позвоню в школу и скажу, что ты не придешь.
София увела сына. Гарри вспомнил, как она постоянно смотрела на телефон, когда они были в часовне, наверняка хотела убедиться, что с ребенком все хорошо в ее отсутствие. Свет, который в тот день горел в комнате над магазином, а потом погас, также нашел объяснение. Когда девушка вернулась, Гарри не стал дожидаться, пока она сядет, и заговорил.
— А ловко вы придумали эту историю с доставками в школьную столовую, — произнес он без тени раздражения в голосе.
— Простите, мне очень неловко, что пришлось лгать.
— Но зачем?
— Я подумала, что слишком рано открывать всю правду.
— А теперь, когда я могу с ним столкнуться, настал нужный момент?
— Не только… Я больше не могла ждать.
— И что я должен думать?
София не ответила. Она села на диван рядом с Гарри и забрала у него фотографию.
— Он точная копия, не правда ли?
