Томас: - Сброд?! Люди, которые сказали: "Мы станем теми, кого из себя сделаем", - сброд?! А мы - кто? Мы, боящиеся каждого шага, не освящённого королевой или епископом, начальником или мэром, полисменом или хозяином закусочной, - мы - кто? Кто ты, Оливия? ты, Оливер? ты, Изабелла? Вы что, думаете, что мэр или констебль откроют вам ворота рая? Вы их каждый раз выбираете и назначаете - и каждый раз думаете, что - вот, уже, вот он, рай? Нет, родные, вы их и выбираете, и назначаете, наоборот, чтобы в рай не попасть, чтобы пойти другой дорогой, дорогой, где нет сомнений в себе и в Боге, во враге и друге, в том, что выше вас и в том, что ниже вас. Вы согласны сомневаться по мелочам - сколько, четыре с половиной процента отдать на счастье, или пять, ибо отдать всё вы не можете, вам надо оставить побольше на жратву и на стены вокруг своего самомнения (не себя, а своего самомнения!), ибо ваше самомнение даёт вам право не драться, не погибнуть ночью в пьяной драке или днём на эшафоте, или в Греции за свободу, или в России, отстаивая святое право на самомнение таких же, как вы. Вы никогда не посмеете сомневаться во враге, ибо если вы в нём усомнитесь, он может стать другом и потребовать свою половину. Вы никогда не посмеете сомневаться в друге, ибо если вы в нём усомнитесь, он может стать врагом и отнять у вас всё. И ваше это "Фи!" - это всего лишь страх перед людьми, осмелившимися на врага и на друга, оспорившими Бога, ибо честно и смело посмотрели вокруг и не нашли Его, и узнавшими на деле, что их король обладает такой же плотью, как и все они, и что та плоть, которую они вырвали из него, ничем не отличается от плоти, которую веками вырывал из них он, что нет ничего более священного в жизни, чем очарованное королевство, ибо оно - для всех, для всех, кто осмелится, и они берут с собой в дорогу лишь смелых, а остальные - и вы, и все мы - могут идти куда хотят, и кому хотят, кланяться, - Богу, епископу, полисмену, потому что нам всё равно, кому кланяться, лишь бы в их лице кланяться мамоне. Да, мы настолько трусливы, что не можем сказать себе прямо: мы кланяемся деньгам, - и мы выбираем себе кого-нибудь из их наместников, и вот тут-то преданности нашей нет предела. Вот так, милые мои. Думаю, что после всего этого, что я сказал, вы меня видеть больше не захотите, потому оставляю свою долю - (Отсчитывает банкноты, кладёт на шифоньер) - и исчезаю. А вы...ха-ха-ха-ха, - оставайтесь и постарайтесь сказать друг другу убедительные слова о моём то ли безумии, то ли хамстве. Прощайте! (Уходит).
Оливия: - (Вслед, он уже ушёл) ...Том, там буря... - (Это сказано очень негромко и очень нерешительно).
Райан: - Ничего, Оливия, пусть. Я думаю, он вернётся.
Изабелла: - Кто - Том?
Райан: - Посмотри в окно. Боюсь, из города ему не выехать.
Изабелла: - Всё равно. Думаю, он предпочтёт гостиницу.
Райан: - Хм. Люди часто заблуждаются, считая, что они предпочтут второе первому, и всё же почти всегда возвращаются к первому, просто потому, что первое тоже выбрали они и выбрали именно потому, что это первое. Я думаю, Том вернётся.
Изабелла: - Посмотрим.
Эмили: - Я не могу понять. Он так хорошо сказал про очарованное королевство. И вдруг - эти...Россия.
Оливер: - Всем свойственно заблуждаться. И Том тоже не застрахован.
Райан: - Да. Но...Том и добился в жизни большего, чем все мы, потому что меньше нас заблуждался.
Эмили: - Да, Райан. Но верно и другое. Маленькие люди - маленькие заблуждения, большие люди - большие заблуждения. Большому человеку стоит отклониться на микрон, и его величина сделает остальное.
Райан: - Возможно. Есть человек, который мог бы это подтвердить или опровергнуть. Но он мёртв.
Эмили: - О ком ты?
Райан: - О Чарли.
Изабелла: - А, этот ваш третий друг.
Райан: - Третий? Неизвестно. Возможно, он был вторым...а возможно, первым.
Изабелла: - Что ты имеешь ввиду?
Райан: - Что в дружбе не бывает третьих, вторых и первых.
Изабелла: - Но ведь кто-то из друзей обязательно умнее, кто-то честнее, кто-то талантливее...
Райан: - Я...думал всегда, что в дружбе ум самого умного - это ум каждого, честь самого честного - это честь каждого, и талант самого талантливого - это талант каждого. Иначе - разве это дружба? - нет, иначе это соревнование самомнений, и себе в друзья надо выбирать людей слабее тебя.
Изабелла: - Но ведь так и происходит. В друзья выбирают людей слабее себя.
Райан: - Хм. А какой в этом прок слабому?
