Открылись малые двери со стороны кабинета, и в гостиную вошел товарищ Берия. Офицеры встали по стойке «смирно».
Берия прошел вдоль шеренги, пожал каждому офицеру руку:
– Поздравляю, вы выполнили это сложное задание. Я доволен. За такую операцию надо бы всех представить к званию Героя, но, сами понимаете, это в вашем случае невозможно. Но у меня есть чем наградить некоторых из вас.
Он улыбнулся и сейчас выглядел не таким строгим, наводящим ужас одной фамилией наркомом. Сейчас это был обычный человек в круглых очках и безупречном костюме.
Офицеры ждали.
Берия посмотрел на часы, затем на Платова, тот кратко ответил:
– Доставили уже, Лаврентий Павлович.
– Хорошо. Товарищ Шелестов, вас ждет Лидия Александровна; товарищ Буторин, вас – супруга и ребенок, товарищ Коган, вас также ожидает жена. Ну а товарищ Сосновский этот вечер проведет один. Надо было жениться, Михаил Юрьевич.
Буторин, чьи жена и ребенок были отправлены на поселение, дрожащим голосом спросил:
– Моих отпустили, Лаврентий Павлович?
– Да, они полностью оправданы. И знали бы вы, капитан, чего это мне стоило.
Расстроенный Коган спросил:
– А где ждут-то, товарищ генеральный комиссар.
– Да в ваших комнатах и ждут. В 20.30 общий, так сказать, семейный ужин. Утром родственники уедут, но за их безопасность можете не беспокоиться. Тому мое слово.
– Спасибо, товарищ Берия.
– Это вам спасибо, герои невидимого фронта. Ступайте, вас ждут.
Офицеры толпой вывалились из гостиной.
Берия, проводив их взглядом, повернулся к Платову:
– До утра после ужина не беспокойте их. Пусть порадуются. А я, – он достал золотые часы, – в Кремль. Очередное совещание!
– Сам можешь уехать отсюда вместе с семьями. И сразу в Управление.
– Есть, товарищ Берия.
– Отдыхайте, заслужили!
