Человек с ружьем полностью

Ленин. Живые силы — это фраза, в которой нет никакого смысла, классовое понятие есть буржуазия, а вы трепещете перед ней… И… кроме того, пропуск на право входа в Смольный у вас есть?

Деятель. Не понимаю. (Вынимает пропуск.) Пожалуйста.

Ленин. Дайте сюда. (Взял пропуск, посмотрел и порвал. Обращается к Шадрину.)Товарищ…

Шадрин. Я?

Ленин. Именно вы… Проводите этих уважаемых господ вниз на парадный выход и передайте комендатуре, чтобы их сюда никогда не пускали.

Деятель. Это чудовищно, это непостижимо…

Чибисов. Все будет сделано, Владимир Ильич.

Деятелей уводят.

Ленин. Очень хорошо. Вот так всегда с ними нужно поступать.

Никанор. Я пойду приготовлю вам машину.

Ленин. Хорошо. (Комиссару.) Здравствуйте, товарищ! Чем вы озабочены?

Комиссар. Я вас жду, извините… мне очень непонятно. Я назначен комиссаром… Что мне делать?

Ленин (весело). А я почем знаю?

Комиссар. Как же это так? Вы… и не знаете.

Ленин. Честное слово, не знаю. Я никогда не бывал комиссаром и совсем не знаю, что они делают.

Комиссар. Это очень трудно делать что-нибудь, когда этого никто не знает.

Ленин. Очень, очень трудно. Невероятно трудно.

Комиссар. Но все-таки, Владимир Ильич, что же должен, например, делать большевистский комиссар?

Ленин. Всё, всё, всё!

Комиссар. Вы меня совсем поставили втупик.

Ленин. А вот это уж напрасно.

Входит связист.

Связист (Ленину). Я связист. Товарищ Сталин приказал мне доложить, что сделано в Гельсингфорсе товарищами из Балтийского флота.

Ленин. Говорите.

Связист. Около пяти тысяч моряков погрузились в эшелоны и пошли в Гатчину. Линейный корабль «Республика» и миноносцы взяли курс на Петроград. Все наши распоряжения товарищами балтийцами выполнены. Будут ли еще указания?

Ленин. О времени прибытия войск и кораблей скажите мне, где бы я ни был.

Связист. Слушаю-с.

Ленин. Можете итти.

Связист ушел.

А каким комиссаром вас сделали?

Комиссар. Меня сделали комиссаром по топливу.

Ленин. Так чем вы озадачены? Это же чудесно, что вас сделали таким комиссаром. И прежде всего не теряйтесь, дорогой товарищ, опирайтесь на рабочих.

Комиссар. Да.

Ленин (продолжает). Проверяйте всех и каждого, никому не верьте на слово…

Комиссар. Так.

Ленин. Возьмите на строжайший учет каждый пуд угля, каждое полено дров. При соблюдении этих простых правил у вас все пойдет отлично, поверьте мне.

Комиссар. Так.

Ленин. У вас есть еще вопросы?

Комиссар. Пожалуй, у меня действительно нет вопросов.

Ленин. Теперь у меня есть вопросы.

Комиссар. Слушаю, Владимир Ильич.

Ленин. Когда вы приступаете к работе?

Комиссар. Завтра с утра.

Ленин. А почему не сегодня?

Комиссар. Сейчас ночь, Владимир Ильич.

Ленин. А разве ночью нельзя работать? Нет, уж вы, пожалуйста (беспрекословная настойчивость), идите к Свердлову, он вам даст настоящих людей, он знает Питер, как свои пять пальцев… Вы уж, пожалуйста, не дремлите. (Улыбка.)

Комиссар. Я не дремлю, я иду сейчас.

Никанор. Владимир Ильич, машина готова.

Ленин. Едем, товарищи.

Ленин один у себя в комнате в Смольном.

Ленин (говорит по телефону). Соедините меня с редакцией «Правды». Редакция «Правды»? С вами говорит Ленин. Кто у телефона? Здравствуйте, товарищ… А здесь никого не было, мы только что вернулись с фронта. Вот о чем я хотел поговорить с вами, товарищ. Мне бы хотелось, чтобы «Правда» писала о героическом опыте простых, заурядных людей. Надо найти толковых работников, умных и чутких, которые смогли бы быстро, а главное, верно схватывать действительность; очень важно, например, поговорить с обыкновенным, простым солдатом, понять, о чем этот солдат думает, взять от него самое главное, нужное, решающее и толково, по-русски написать об этом в газете. Вот-вот. Мне тоже кажется, что это очень важно. Вот и все пока. До свидания, товарищ. (Прохаживается по комнате, потом опять подходит к телефону. Говорит по телефону.) Не знаете ли вы, что Сталин — у себя или нет? А где он? Узнайте и сообщите мне. Только, пожалуйста, товарищ, не давайте продолжительного звонка, здесь спят.

Звонок телефона.