– Не знаю, тебе вон в волчару перекидываться нравилось, а вот мне терять хоть частичку своего «я» не хотелось. А при этой трансформации… хоть в птицу, хоть в волновика, теряется…
Мрак сказал настойчиво:
– Но и приобретается?
– Конечно, но еще не понял, что, – признался Олег невесело.
– А способность перескочить от своей печи до Альфы Центавра?
– Да это пустяки, это физическое… Но что-то теряется, а что-то приобретается в самом человеке. В его эмоциях, которые правят разумом, а тот создает для обслуживания эмоций целые философские системы, политические учения, придумывает новые нравственные нормы… Вот это-то меня пугает.
Мрак сказал беспечно:
– Тебя всегда все пугало. Тени своей страшился!
Олег не ответил на привычный выпад, уже ставший дежурным, прохаживался по льду взад-вперед. Он мог бы облететь всю планету, но уже и так прощупал ее во всех диапазонах – от оптики до самых жестких гамма-лучей. Прощупал и мог с уверенностью землянина сказать, что вся планета абсолютно мертва. В ней нет ничего живого. И просто не может быть.
Мрак сказал саркастически:
– Ну что? Зря прилетели?
Олег в затруднении смотрел под ноги. Там, на многокилометровой глубине просматриваются какие-то тени. Это было похоже на игру света, даже на вмерзших в лед медуз, застывших, заледеневших, тоже превратившихся в лед. Неподвижный лед. А жизнь – это движение.
– Не знаю, – ответил он честно. – По уму… здесь все мертво.
Мрак сразу все понял, пожал плечами:
– Тебе решать. Если по уму. Но, если честно, у меня шерсть встает дыбом на загривке. Все эти, как их, дремучие инстинкты!.. Они говорят, даже криком кричат, что здесь крайне опасное, враждебное, и это именно здесь, под подошвами.
– Инстинкты, – протянул Олег с отвращением. – Они на все говорят, что опасное и враждебное. Ты помнишь, как мужики в том селе бросались с вилами на паровоз?
Мрак отмахнулся:
– Что на паровоз… Они и Коперника на костер!.. Или то был Галилей?.. Всегда плохо запоминал финикийские имена. Прыгнем дальше?
Олег посмотрел в черное небо.
– Видишь ли, – сказал он осторожно, – я очень мало еще знаю… и о звездах, и о галактике, и о космосе…
– Не тяни кота за лапу, – сказал Мрак нетерпеливо.
Олег взглянул на него с удивлением:
– Какого кота?
– Черного! – взорвался Мрак. – Космического! Инопланетного!.. Говори, что понял?
– Понял, – ответил Олег обиженно. – Но вовсе незачем так… кричать. Даже орать, я бы сказал. Я хотел сказать… даже говорю вот прямо сейчас… ладно, не закатывай глазки, что тебе не нравится?.. Грубый ты, Мрак. Я полагаю, что эта планета не из этой галактики. Как и звезда. Спектр немножко отличается… Но это неважно. Мы ни те звезды не знаем, ни эту. Но зато я предполагаю, что здешняя жизнь настолько может быть удивительна…
Мрак прорычал в тоске:
– Что ты мелешь! Что ты мелешь!.. Как будто мы знаем вдоль и поперек, какая жизнь в нашей… ха-ха!.. галактике, где полтораста миллиардов звезд!.. Тоже мне, энтомолог нашелся. Чего мы приперлись именно сюда?
Олег поднял на него укоряющие глаза:
– Я с тобой разве не советовался?
Мрак запнулся, сказал зло:
– Нашел с кем советоваться!
– Почему нет?
– Я ж дурак в космограблии!
– В такой науке и я, – сказал Олег, – от тебя не отличаюсь. Мы оба у подножия огромной горы, вершина которой за облаками. Кто различит, кто из нас на шажок выше?.. Мы оба, помнишь, доверились инстинктам. И те нас вывели сюда.
Мрак осмотрелся, сказал зло:
– Олег, если ты еще не забыл, то мы сюда забрались ради Таргитая. Может быть, это снова наши инстинкты постарались?
Олег помрачнел.
– Помню, – ответил он сухо. – Я-то помню все время, ради чего мы выступили в такой странный поход. Я пока просто не знаю, как и где его искать. Одно знаю: надо идти и искать. Лежа на печи, не найдешь… Не знаю, покричать ему, что ли?
Мрак пожал плечами:
– Попробуй. Ты мне отозвался, когда я колотился в двери?.. Баба отворила, когда я уже собрался двери ломать. А при Таргитае может не оказаться бабы, чтоб отворила…
– Тогда будем ломать, – сказал Олег. Он помрачнел. – Да, но как добраться… И вообще, а где Таргитай?
Мрак развел руками:
– Я даже не знаю, кто он. Раньше считал его богом, но это те же замки и драконы в кучевых облаках… Мы знаем по прошлой встрече, что он связан со всем космосом… или Вселенной, как ни назови. Он может передвигаться по пространству… ну, намного быстрее нас. И легче. И все видит. И все ощущает… Так?
Олег подумал, кивнул:
– Так. Боюсь, что так.
– А чего боишься?
Олег отводил глаза. Сказал с великой неохотой:
