«Никто всерьез телегонию не воспринимал во всем мире, кроме расистов в Америке и совсем диких людей в Европе», – утверждает один из серьезных авторов, ученый ботаник и сотрудник Православной миссии одной из епархий. Забывая, что «совсем дикие люди в Европе», то есть наши с вами предки тысячелетия жили по этим законам нравственной, духовной, интимной чистоты, добронравия, праведности и целомудрия, – согласно христианскому мировоззрению, по Законам Божьим. И что измазывание ворот дегтем, побивание камнями гулящих, порка блудниц у позорного столба, и даже обряд вывешивания простыни после первой брачной ночи – это не такая уж дикость по прежним временам. Не большая дикость, чем сцена сексуального насилия, пропаганда «гейкультуры» на экране телевизоров или однополый брак, освещенный церковью – в наши дни… Мы живем, привычно не замечая, что становимся заложниками безнравственности, на которой основаны так называемые «демократические» нравы, в которых нет места ни национальным ценностям, ни национальным традициям.
«Популяризация телегонии, эта
На Нюрнбергском съезде 1929 года Адольф Гитлер высказался следующим образом: «В результате нашего современного сентиментального гуманизма мы пытаемся поддерживать слабых за счет здоровых». Однако немца Гитлера нельзя считать основоположником евгеники, как, впрочем, и первооткрывателем концентрационных лагерей. Как известно, первые в мире концлагеря были придуманы и применены англичанами в период англо-бурской войны, но самыми массовыми они стали по инициативе мировых преступников Ленина и Троцкого, и только после «успешного опыта» большевиков были применены Гитлером. В большевистских лагерях сгинуло больше русских и представителей прочих народов бывшей Российской империи, чем евреев и инакомыслящих в фашистских лагерях смерти за годы Второй мировой. К сожалению, в отличие от всех пострадавших русские слишком стеснительны, слишком углублены в чужие проблемы, чтобы кричать на весь мир о своих чудовищных бедах. И, усилиями все тех же недоброжелательных международных сил, стали постепенно зацикливаться на внедряемом в их сознание чувстве глобальной вины за то, что будто бы являются причиной революционных бед своего и других народов, являются «инкубатором террора», «оккупантами» и «убийцами свобод»… По такой же схеме немецкая нация загнана в угол и до сих пор живет с непрекращающимся и неискупимым чувством вины, отчасти заглаживаемым тем, что финансово содержит государство Израиль. Не последним звеном в так называемом искуплении стали в нынешней Германии социальные программы, по которым здоровые люди действительно «поддерживают слабых» в ущерб себе, обществу и здравому смыслу. Будучи свидетельницей, как еще в недавние времена, к примеру, в рамках программы «Хефата» («Hefatha») создавались уникальные условия для продления жизни уродцев и полутрупиков от рождения, глядя на все это великолепие медицинской и иной помощи для тех, кто никогда и ни при каких обстоятельствах не сможет проявить никаких чувств, а лишь аморфно страдает, раскачиваясь в гамаках под моргание разноцветных лампочек, невольно закрадывалась крамольная мысль:
