- Юна, все нормально? – настороженно спросил у меня мужчина, неспешно танцуя.
- Даааа, - протянула я, - просто очень хотелось танцевать.
Звучало глупо, даже очень, но что поделать. Угроза продвигалась по залу, здороваясь со знакомыми, нигде не задерживаясь надолго, и я понимала, что танцевать с ректором вечно не смогу. Что же делать?
Видимо я была так серьезна и сосредоточена, пытаясь придумать решение, что ректор решил больше ни о чем меня не спрашивать и когда мелодия закончилась, я была чуть ли не в отчаянии. Я слегка поклонилась, прикрывая глаза и мысленно прощаясь с обучением в академии, потому как такое ректор спустить бы не смог.
- Вам нехорошо? – когда я открыла глаза, он, подхватив меня под локоть, уже вел в сторону столов. – Может воды? После сада здесь душновато.
Я огляделась, надеясь, что поблизости нет родителей, Исара и Освира.
- Все нормально, - возразила я, когда мы остановились у стола, - вы может идти, я в порядке.
И поспешила высвободить свою руку. Уж лучше если бомба разорвется, то произойдет это подальше от меня. Тогда у меня хоть будет фора убежать при виде направляющегося ко мне злого ректора Дакара. А может прямо сейчас отыскать родителей и попросить их уехать? Точно! Так и сделаю! В таком случае злой ректор настигнет меня только в академии, а там я прикроюсь бесстыдником Шетой!
Но прежде чем я успела сделать хотя бы шаг, рядом с нами возникла бабуля Августа, в этот раз явно видимая, потому как ректор Дакар ее заметил.
- Деточка, - бабуля обращалась явно ко мне, - платьице-то у тебя теперь не совсем в тему, надо исправить.
И старушка, довольно улыбаясь, щелкнула пальцами, после чего подол моего платья стал белоснежным.
- Отлично, прямо как свадебное! – довольно заявила старушка, а я испуганно икнула. Только свадебных платьев мне не хватало!
- Мама! Что ты делаешь! – рядом с нами возникла женщина, черные волосы ее были собраны в строгий пучок, да и сама она была весьма собранной. Ее платье было строгим, с рукавами и облегающим кружевным воротом до самого горла. И она была зла, даже очень. Мне стало не по себе, когда она смерила меня презрительным взглядом, но куда важнее было то, что за ее спиной я увидела улыбающегося Освира, весьма довольного тем, что нашел своего друга и прямой наводкой приближающегося к нашей странной компании.
«Беги Юна, беги» заорал мой внутренний голос, но ноги приросли к месту, потому как эта странная компания отрезала все пути к отступлению.
- А что такого? – беззаботно заявила бабуля, опираясь на свою трость, а в глазах ее запрыгали самые настоящие бесята – Красивое же платье, я бы такое на свадьбу надела.
И я снова икнула, когда после этих слов старушка мне подмигнула. Дакар рядом со мной закашлялся, а я по-прежнему не понимала что происходит.
- Докатились, - зашипела женщина, снова делая вид, словно меня и не существует. Собственно, я была бы не прочь исчезнуть, потому как Освир был уже близко. Слишком близко. Подхватив подол платья, я попыталась проскользнуть мимо бабули, но та резко выставила свою трость, не позволяя мне сбежать.
- Деточка, не бросай меня с ней одну, - поморщилась она, кивая на женщину.
- Какая свадьба, - та продолжала тихо шипеть на свою мать, а потом повернулась к ректору Дакару и ткнула в его грудь пальцем, - а ты чем думаешь!? Танцуешь весь вечер с какой-то девчонкой даже не окончившей академию. Уже ТРИ танца! И только с ней, больше ни с кем! Ты понимаешь, как это смотрится?
- Мама, - попытался остановить ее ректор Дакар, но та была как горящий вулкан, готовый к взрыву. И в этот момент нас настиг Освир, вероятно слышавший последние ее слова.
- Тетушка, что же это вы обижаете свою невестку! – бодро заявил он, возникая рядом и вклиниваясь в наш полукруг.
Я стояла ни живая не мертвая, смотря на женщину, которая оказалась матерью ректора Дакара. А бабуля! Она подсела ко мне обсуждать его! Вот теперь мне точно было плохо, и я подхватила бокал с шампанским со стола, выпивая залпом.
- Аден, куда ты смотришь?! Ей пить нельзя, а как же ребенок! – Освир по геройски выскочил вперед, отнимая у меня уже пустой бокал. Шампанское после такого заявления идти дальше отказалось, и я закашлялась. Но хуже всего была немая сцена, воцарившаяся вокруг.
Освир тем временем довольно улыбаясь, похлопал меня по спине. Я прижала руку к горлу, потирая его, и несмело покосилась в сторону ректора. Он стоял словно статуя, окаменев на месте и распахнув глаза, полные недоумения. С ужасом он смотрел на своего друга, вероятно сомневаясь в его способности воспринимать действительность здраво. Тихий вскрик заставил меня посмотреть на мою «свекровь» которая прижав руку к сердцу смотрела то на Дакара, то на мой живот. Инстинктивно я прижала к животу руки, нервно сглотнув. Мамочки… Вот это я влипла. Кажется, единственная, кто наслаждался ситуацией, была бабуля. Она стояла с открытым от изумления ртом, опираясь на свою трость обеими руками, но на лице ее застыл не ужас, а восторг.
Первой попыталась что-то сказать мать ректора Дакара:
- Это… это… - не в силах выразить свои чувства запиналась она.
