— Нет, — покачала головой Закревская.
— А с кем это ты по телефону столько трепалась? Я тебе никак дозвониться не мог. Может, и они звонили. А ты проворонила! — выпалил Чуб.
— Не смей говорить со мной таким тоном! — рявкнула Закревская, которая и первого своего, без вести пропавшего мужа и то за подобный тон готова была искалечить. А когда так с ней заговорил этот молокосос, она завелась с полоборота и теперь за себя не ручалась.
— Да тихо ты… — пошел на попятную Чуб, у которого и без того проблем хватало.
— Вот так-то лучше… — кивнула Закревская. — Мне назначена встреча.
— Так где мне тебя ждать? — спросил Чуб. — Или, может, вообще домой ехать?
— Нет, ты меня подожди.
— Ты хоть с женщиной или с мужчиной встречаться собираешься? — поинтересовался Чуб.
— С мужчиной.
— Я так и знал! — махнул рукой Чуб. — Эту историю с Вадиком придумала, наше путешествие на Канары отменила, а все ради того, чтобы с каким-то своим мэном встретиться… Что, может, новый роман намечается?
— Не мели ерунды! Это по делу. По совсем другому делу. Но если ты здесь где-то поблизости нарисуешься, все сорваться может…
— Ладно, вали к своему мужику. А я в машине посижу, газетку почитаю. Если понадоблюсь, звякнешь.
— Хорошо, — кивнула Закревская и попросила: — Только ты, если можешь, поставь машину так, чтобы не очень заметна была!
— Будет сделано, моя госпожа… — проворчал Чуб, садясь в машину.
— Ладно, не дурачься! — улыбнулась Закревская, направляясь к зданию аэропорта.
За столиком, где она должна была ожидать незнакомца, уже сидел представительный пожилой мужчина и медленно, смакуя, пил зеленый чай.
Закревская остановилась в нерешительности.
Мужчина взял свой мобильник и позвонил. Звонок отозвался в мобильнике Закревской.
Закревская подошла к столику и робко спросила:
— У вас столик свободный?
— Разумеется! — ответил мужчина и добавил: — Присаживайтесь.
Закревская присела и покачала головой:
— Не могли место получше выбрать, что ли?
— А чем вам это место не нравится? — улыбнулся мужчина.
— Но нас же здесь видно как на ладони. Нам тут и пулю в лоб пустить могут, — заметила Закревская.
— Дело в том… — задумчиво начал мужчина и вдруг, привстав, поклонился и представился: — Полковник ФСБ Плоткин, дядя Каролины Плоткиной, которая похищена вместе с вашим сыном, Вадиком Закревским.
— Вы в этом уверены?
— На все сто процентов.
— Так, господин полковник, вы мне скажите, почему мы с вами должны беседовать именно здесь? — спросила Закревская.
— Этот столик — особый. Он под охраной и постоянным наблюдением.
— Понятно, — кивнула Закревская.
— Вам чай или кофе? — спросил полковник.
— Кофе. Только плачу я сама.
— Как скажете, — пожал плечами полковник и, подозвав официанта, попросил: — Два кофе, пожалуйста, без сахара.
— А может, я с сахаром пью! — попыталась оспорить заказ Закревская.
— Сомневаюсь. Слишком элегантно вы выглядите для кофе с сахаром, — заметил полковник Плоткин.
Когда через пару минут официант принес им две чашечки ароматного дымящегося кофе, полковник сказал:
— Я знаю, что вам, как и мне, позвонили и потребовали выкуп за то, чтобы вернуть вашего сына.
— А ваша племянница…
— Ну да. У вас выкуп за сына, у меня выкуп за племянницу…
— И как вы обо мне узнали?
— Да по своим каналам…
— Понятно.
— Однако какая же вы понятливая. Прям как эти подонки, которые решили поиграть с огнем. Главное, родственнички мои каковы! Отправили девчонку перевоспитываться, да куда?! В Кыргызстан! Хоть бы у меня спросили. Я ведь весной там был. Видел, что там творится!
— В смысле революция?
— В смысле мародерство. Рай для подонков, которые при любой власти сидят как мыши под веником. Всякая революция для них — знак к действию. Пока политики выясняют отношения, они грабят, убивают, мародерствуют.
— Да, я читала…
— Вы читали, а я своими глазами видел! Когда из окон государственных учреждений валит дым и вылетают оплавленные принтеры, когда под улюлюканье разгоряченной толпы сжигаются горы документов и книг… Когда матери, которая находится в командировке в Москве, вдруг сообщают, что ее сын-подросток лежит в Бишкеке в реанимации с пулевым ранением в область живота, и она, бросив все, летит домой, мечтая лишь об одном, чтобы застать сына живым. И нет лекарств, и мобильная связь работает с перебоями…
— Но ведь теперь как будто все немного улеглось… — тихо сказала Закревская.
— Наша беда в том, что мы не имеем достоверной информации. Правильно, к лету, хочешь не хочешь, нужно было хоть немного унять шум. Ведь сколько московских туристических фирм завязаны на Кыргызстане.
— Да, ведь они собрали целую группу… — задумчиво сказала Закревская.
— Мои люди уже успели кое-что узнать, — вздохнул полковник. — Некоторые из родителей вообще не знали, что группу везут именно в Кыргызстан. Ведь говорили о том, что дети поедут на Иссык-Куль. А люди с Рублевки часто понятия не имеют, в какой стране оно, это озеро Иссык-Куль, расположено. Им хватило того, что специально для них было набрано большими буквами.
С этими словами полковник достал из кармана аккуратно сложенный проспект и зачитал:
