А мысли одна за другой ворошили прошлое. Вспомнилось Ковнерову, как он тогда волновался, то и дело выходил из землянки, подолгу смотрел в бинокль на высоты, потом смотрел на карту, но нужное решение не созревало. Не забывалось и то, как он сам выделил группу разведчиков, проинструктировал их. Группу возглавил старший сержант Виктор Судьин. Это был знатный воин, имел пять боевых наград. В бою Судьин был отчаянно смелым, ловким и находчивым. Когда случалось с глазу на глаз встречаться с врагом, умел перехитрить его, обмануть. Это знал командир полка. «На такого можно положиться», — думалось Ковнерову, когда он ставил задачу разведчикам.
И вот Судьин, а с ним еще двое пропали. Ушли за передний край, и вторые сутки о них ни слуху ни духу. Все волновались.
— Не вернулись? — спрашивал у Ковнерова замполит полка.
— Нет еще…
— Неужели погибли?
— Не верится. Судьин не такой человек…
Так прошли день и ночь, наступило утро. И снова:
— Еще не вернулись?
— Пока нет…
— Значит, попали в беду. Придется высылать вторую группу на розыск.
— Подождем до утра.
И ждали. В тревоге и напряжении ждали. А поздно вечером, когда вторая группа разведчиков собралась на задание, боевое охранение задержало двух мальчишек. Несмотря на ненастную погоду, ребята были босы, плохо одеты, выглядели измученными. На изнуренных худеньких лицах отчетливо выделялись скулы. Мальчики были грязные, с вихрами спутанных, давно немытых волос.
Тот, что был постарше и побойчее, назвался Колей. Когда их вели в расположение полка, он ко всему присматривался: видно, хотел запомнить обратную дорогу. Второй, низенький, с тонкой шеей и большими серыми глазами, сказал, что его зовут Петей. Он не шел, а бежал, семеня короткими ногами и то и дело шмыгая носом.
Командиру доложили о ребятах. Полковник оживился. «А может, что скажут о разведчиках?..» — подумал он.
— Давай их сюда! — приказал Ковнеров.
Е. Е. Ковнеров
Озираясь по сторонам, мальчишки вошли робко в землянку. В ней было тепло, чадила самодельная лампа, то и дело звонил в углу телефон, заходили и уходили воины.
Лицо Пети расплылось в широкую довольную улыбку, и глаза радостно заблестели: в землянке топилась железная печь, а от буханки хлеба и двух котелков, что стояли на маленьком столике, исходил вкусный запах.
— Кто такие? — стараясь быть мягче, спросил Ковнеров у мальчиков.
— Мы попришкувяйские, дяденька… — начал тот, что постарше.
— Чего по переднему краю ходите? Убить и поранить может.
— Командир, наверное, вы и есть? — неожиданно спросил Коля, пристально глядя на Ковнерова. — Он нам сказал: высокий такой, здоровый. Вы, значит, и есть командир. Мы сразу узнали.
— А кто же вам это сказал? — оживился Ковнеров.
— Да разведчик ваш. Как его… Забыли вот только фамилию.
— Дело у нас есть. Так самый старший командир вы?.. — перебивая товарища, спросил второй мальчик.
Ковнеров насторожился, чутье подсказывало, что ребята могут сообщить что-то важное. Все больше располагаясь к ним, он сказал:
— Ну, я здесь старший. Какое же у вас дело?
— Нам надо передать данные разведки.
— Очень важно это. Они… — снова перебил товарища Петя.
— Ничего не пойму: какая разведка, какие данные?
— Да ваши разведчики попали в беду. Старший их просил передать, — продолжал Коля.
— Сказал, надо быстрее найти самого главного командира, — не унимался Петя, шмыгая носом, — и сказать ему, что…
Ковнеров и все присутствующие в землянке переглянулись.
Ребят усадили на снарядный ящик, стоящий на полу.
— Рассказывайте все по порядку, не торопясь. Говорите по одному.
— В овраге он. В кустах лежит, раненный, — заговорил Коля.
— Не Судьин ли? — спросил Ковнеров.
— Ага, Судьин! Судьин! — обрадовались мальчики.
— Как же вы нашли его?
Коля посмотрел на Петю и, немного смущаясь, объяснил:
— Коза у нас убежала, мы искали ее. Смотрим, в кустах лежит наш солдат. Подошли, а у него весь бок в крови. Стонет тихонько.
— Как же немцы козу вашу не тронули? Ведь живность это, — спросил Ковнеров, желая перепроверить сказанное.
— Так ведь фашисты коз не едят. Говорят, их мясо воняет. Коров и телят всех порезали, а козу не тронули…
— Ну и что было дальше?
— Сначала разведчик за автомат схватился. Ведь неизвестно, кто мы такие. Потом понял: бояться нас нечего.
— А как вы пробрались сюда?
— Только начало темнеть, мы в овраг спустились и по кустарнику ползком.
— Что же разведчик сказал вам? — допытывался Ковнеров.
— Он сказал, что идти не может. А те двое, что с ним были, погибли. Мина их накрыла. Судьин и объяснил нам, где можно пробраться к вам. По оврагу, говорил он, а потом кустарниками.
— Ну а что еще сказал?
— Он просил передать, что стрелять по роще — только боеприпасы портить. Минометы у немцев стоят на правой опушке, в землю вкопаны. А пулеметы — на деревьях, слева. Площадки на ветвях из досок построены. Оттуда и стреляют… Еще говорил, что вчера немцы пять пушек подтащили к роще.
Полковник чувствовал: мальчикам можно верить.
— Значит, пулеметы — слева на деревьях, а минометы — справа, в земле? Так, что ли?..