– Айвен сам в красной зоне. Для него уже готов маленький уютный кабинет в Западном крыле с полкой для призов по академической гребле. А может, и того хуже – хорошенькая такая мраморная доска. Девчонки, Институт уже никогда не будет таким, как раньше. Теперь самое главное. Приготовьтесь, сейчас буду говорить официально. У меня есть все основания полагать, что здесь, на Тратере, имеет место заговор на почве несанкционированного контакта, который может привести к катастрофе стратегического масштаба. Я собираюсь вмешаться в эту историю, потому что это наш прямой долг, и еще потому, что хочу подпортить Джону Доу удовольствие. Сразу предупреждаю о двух вещах. Первое: не будем строить иллюзий, остановить процесс мы уже не сможем, мы зевнули и опоздали, я не ожидал такого поворота событий, игра проиграна, поезд, скорее всего, уже ушел. Единственное, что нам остается, – разобраться, что произошло, и сообщить наверх, как обстоит дело и кто виноват, – может быть, еще что-то удастся предотвратить. Допускаю, что придется действовать и самим. Второе: никаких полномочий у меня нет. Это исключительно моя личная инициатива, на собственный страх и риск. Ни Джон Доу, ни теперешнее руководство Института спасибо нам не скажут, а напротив, могут попытаться помешать или даже от нас избавиться. Кугль в этом уже убедился.
Диноэл сделал приличествующую случаю паузу.
– Поэтому. Приказывать не могу. Вы вправе отказаться и хоть сегодня уехать отсюда, куда глаза глядят.
– Да пошел ты, – неласково сказала Алекс.
– Ну почему. Эшли может устроиться военным советником – где угодно с руками оторвут, тебе с твоей электрикой тоже обеспечены очень теплые места – хотя бы в том же «Кербере». Но врать не буду, мне нужна ваша помощь, хотя втягивать вас в эту историю у меня нет ни малейшего права, ни желания.
– Слушай, кончай эту лирику и переходи к делу, – снова не выдержала Алекс. – Никуда мы не уедем.
– Эшли, а ты что скажешь?
Глаза у Эшли были цвета чая крепчайшей заварки, почти черные и неизмеримой глубины. Зеленые глазищи Алекс, напротив, были плоские, как блюдца, по которым скакали чертики.
– В кои-то веки раз я согласна с Алекс. Когда мы подписывались на это, все знали, что покупают билет в один конец. Так что не будем об этом.
Диноэл кивнул:
– Хорошо, пусть так. Тогда запускаемся. В таком случае вопрос первый, он же нулевой – для проформы, чтобы к этому не возвращаться. Что происходило и происходит подозрительного, какие новые люди появились, какая странная активность и все прочее – вы девушки грамотные, вас учить не надо.
Грамотные девушки синхронно покачали головами.
– Ничего такого.
– Забавно… Ладно, пошли дальше. Что у нас с «Кроносом»?
Красавицы переглянулись.
– Так ведь нет больше «Кроноса», – сказала Алекс.
– То есть как нет?
– Закрыли. По-моему, еще в октябре. Материалы вывезли. Ты что, не слышал? Был же приказ.
Вот оно, подумал Дин. Вот зачем мне нужен Скиф. Он не стал бы валяться в пещере и мечтать непонятно о чем, он бы сразу все выяснил. Вот уж и впрямь катастрофа.
– Да что за чепуха, – не удержался Дин, уступая чувству бессилия и растерянности. – На кой черт вся наша работа без «Кроноса»?
– Тебе видней, – сказала Алекс. – Ты там с Айвеном чаи распиваешь.
– Все обрабатывается на Земле, – пожала плечами Эшли. – Наше дело – отсылать данные. Некая логика в этом есть – зачем здесь держать такой вагон электронного обеспечения?
Диноэл только молча покачал головой. Да, это удар.
– В принципе, «Кронос» можно вернуть, – продолжала Эшли. – Но это дело не одного дня. Пока договоримся, согласуем, пока все пришлют, установят, запустят, отладят… Сами мы не справимся, нужна бригада программистов, схема капризная, сам знаешь. Это к августу, не раньше.
– Ладно, а просто спутниковые архивы остались?
– Естественно, информация и сейчас идет, но все запаковано, по всем нашим точкам работа сворачивается.
Дин вздохнул, посмотрел в пол, потом сказал:
– Значит, так, девушки. Я думал, что попрошу вас о помощи. Но придется просить вас о подвиге. Расчехляйте свои «макинтоши». Мне нужны данные по Челтенхэму. За три последних года. Кто приходил, уходил, появлялся, исчезал и все такое прочее. Вручную, без «Кроноса».
– Ничего себе! – ахнула Алекс. – Да там половина недешифрованных данных, голая картинка! На полгода, не поднимая головы! И не для двоих!
– Понимаю не хуже вашего… А все-таки, что с Анной?
– С Анной точка. Нечего и думать. Она работает на Королевскую Канцелярию, а это, как я понимаю, нам сейчас противопоказано. Кстати, в Челтенхэме бывает регулярно.
– Можно подключить «халфбрейн», – заметила Эшли.
– Нет, – сразу же отозвался Дин. – Никаких выходов в Сеть. Слишком большой соблазн для Джона Доу. По уровню опасности вообще объявляю синий код…
