Два астронавта исследуют лунную поверхность на луноходе. Вопреки опасениям, работать на поверхности оказалось относительно безопасно, но иногда опасность приходит с неожиданной стороны...
– Проверка.
– Сигнал получен, Ридж, до встречи.
Риджинг посмотрел через плечо на пик Сигнальный, где находилась ретрансляционная станция. Свинцовый купол, защищавший ее от метеоритов, был виден даже с большого расстояния и ослепительно сверкал на солнце. Большинство малых пиков Гарпалуса уже скрылись за горизонтом, и вместе с ними исчезла из вида земля, которую Риджинг и Шандара могли назвать знакомой. Лишь гудение турболунохода да они сами были единственными свидетелями присутствия человека в этих краях. Солнце мешало разглядеть на небе тонкий серп родной планеты, и, кроме того, из космоса Земля выглядит не слищком-то обитаемой.
Пейзаж, расстилавшийся перед ними, не поражал своей необычностью. В последний месяц Шандара нередко замечал, что Луна повсюду одинаково однообразна, и остальные с ним соглашались. И даже Риджинг, который всегда ожидал необыкновенного, начинал скучать. Здесь даже не было опасно; конечно, он знал, как смертелен вакуум, но проверка скафандров и кислородных клапанов уже давно стала для него лишь привычкой.
Космическое излучение проходило сквозь пластиковые скафандры и тело, но, не поглощаемое ими, не приносило вреда. Метеориты, пробивавшие микроскопические отверстия в тонком металле, как показывали текущие эксперименты, даже следа не оставляли ни на скафандрах, ни на корпусе лунохода. Скрытые пылью расщелины, куда по неосторожности могли угодить человек или машина и которых опасались исследователи, попросту не существовали: пыль была слишком сухой, чтобы скрыть какую бы то ни было щель прежде, чем полностью заполнив ее. Такого рода страхи возникли после того, как кто-то из команды Альбирео не разглядел ступеньку на веревочной лестнице и едва не сорвался с высоты ста пятидесяти футов.
Шандара все же был осторожен: он внимательно осматривал трассу, слегка касаясь рукой в перчатке рукоятки тормоза и придерживая рычаги управления.
Последний взгляд, брошенный назад, удостоверил Риджинга, что Гарпалус и ретрансляционная станция скрылись из вида. Впервые он оставлял исследовательскую группу и сейчас сомневался в правильности принятого решения. Шандара получил четкие указания: предписанный радиус исследования ни в коем случае не должен был быть превышен. Риджинг полностью одобрял подобную установку, но план исследования был расширен именно благодаря нарушению.
Вопрос о магнитном поле Луны оставался нерешенным вплоть до высадки экипажа. Как только команда оказалась на поверхности планеты, его наличие подтвердилось со всей очевидностью, а сравнительные исследования выявили, что южный магнитный полюс – точнее, один из возможных полюсов – находится в нескольких сотнях миль от корабля. Было решено установить программу обследования местности; если, и оставался шанс зарегистрировать присутствие вокруг Луны газовой оболочки, то, несомненно, поиск должен был вестись в восточном направлении.
Риджинг до сих пор недоумевал, что толкнуло его вызваться в экспедицию и как вообще подобная мысль родилась в его голове. Он не считал себя трусом, и за то, что сейчас он находился вне станции, ему некого было винить, кроме себя. Никто его не принуждал браться за эту работу – любой техник мог с тем же успехом взяться за руль и управляться с оборудованием.
– Отвлекись, Ридж. У тебя прямо на лице написано, что ты нервничаешь, – беззаботное восклицание Шандары прервало мысли Риджинга. – Как насчет того, чтобы поуправлять этой махиной? А то я проделал уже добрую сотню километров.
– Хорошо, – Риджинг перелез на водительское сиденье, не останавливая лунохода. Ему не требовалось следить за их местонахождением по фотокарте, прикрепленной над панелью управления; с самого начала пути он бессознательно фиксировал приметы ландшафта по мере их появления на горизонте. Курс следования был нанесен на карту, и навигация не представляла ни малейшей сложности даже при отсутствии компаса.
Маршрут нередко петлял, хотя рельеф здесь и считался гладким. Уже по Синус Рорис луноходу пришлось прокладывать свой путь по местности, таившей множество опасностей, на заливе Фригорис стало ничуть не легче, и, следуя курсу, космонавтам вскоре предстояло повернуть на юг к горам, где трасса обещала быть еще более сложной. Согласно снимкам поверхности, сделанным во время прилунения, маршрут должен был проходить по самому узкому участку хребта в районе залива Имбриум и вблизи пика Платона, так что прохождение его обещало быть легким.
И действительно, в окрестностях Платона луноход не встретил препятствий, однако Риджинг был немало удивлен причудливостью пейзажа, тогда как Шандара, казалось, проявлял к нему полное равнодушие. Поев и выспавшись, он снова сменил напарника за рулем, сделав лишь незначительное замечание по поводу трассы. Это заставило Риджинга лишний раз убедиться, что Шандара ничуть не преувеличивал, выражая свою пресыщенность лунарными пейзажами. Но такая мысль лишь мелькнула у Риджинга в голове, уступив место заботам, касавшимся их общего дела.
