Оживившиеся Смиты попросили разрешения пойти сложить костёр — как закончат, как раз стемнеет. Чрезвычайно бодрая после нескольких часов сна и двух бокалов вина Раувольфия, которая как-то раз уже была в гостях у Мачкевичей, заявила, что проводит барышень до пляжа и заодно искупается, после чего увела Смитов и увязавшуюся за ними Василису в сторону реки.
— Слушайте, точно, идёмте к реке, там прохладнее будет! — осенило вдруг Иванну, допивающую четвёртый бокал.
— Угу, устроим наше любимое соревнование «кто больше комаров заавадит», — мрачно кивнул Янко; он, как и Иванна, отличался крайней тонкокожестью, и был чрезвычайно любим кровососущими надоедами.
— Кто последний — тот ленивая черепаха, — заявила Иванна, вскакивая с кресла, выдёргивая Адю из гамака и устремляясь вниз по садовой тропинке.
— Погоди-и-и, я босоножки не надела! — верещала на бегу Адя.
— Уймись, я тоже босиком! — отозвалась Иванна, не сбавляя скорости.
На всех парах они промчались мимо палаточного городка, разбудив своими воплями Горана. Тот попытался было вскочить по тревоге, но оказалось, что Катерина успела и ему заплести косу, причём — через сетку гамака, так что он оказался надёжно привязан к своему ложу. Художественно ругаясь, он ощупал голову в поисках сдерживающего фактора и, обнаружив таковой, выдал порцию ещё более художественных фраз.
На все предложения Ади остановиться и помочь бедолаге, Иванна отвечала, что Горан не маленький, сам справится, и продолжала целенаправленно бежать к пляжу. Все иваннины ухищрения, впрочем, оказались напрасны — оказавшись на речном берегу и получив свободу, Адя, разумеется, пошла обратно в дом за босоножками. Иванна же, закатав штанины выше колен, полезла побродить по мелководью, наблюдая, как на порядочном отдалении от берега белеет голова купающейся Раувольфии, а Смиты и Василиса с развесёлым смехом сооружают недалеко от береговой линии плотную кучу из сухих и не очень веток, выбирая и левитируя их с расположенной неподалёку в кустах ежевики горы бурелома, которую годами собирал Мирослав именно для таких целей.
— Дионея, как водичка? — крикнула Иванна, помахав рукой профессору Гербологии.
Та подплыла к берегу, вышла на сушу и, одеваясь, сообщила, что водичка — лучше не придумаешь.
— Всячески рекомендую, очень бодрит, — добавила она, отжимая волосы.
Иванна уверила, что обязательно воспользуется её советом. Раувольфии было определённо очень хорошо за тридцать, но Иванна, успев полюбоваться на её фигуру, крепко пожелала себе сохранить в ближайший десяток лет хоть вполовину такой же тонус.
— А куда Адя усвистала? — поинтересовался добравшийся до берега Янко.
— Адя за обувью усвистала, а вот ты пропустил сказочное зрелище, — не удержалась Иванна.
— Ну, вот! — изобразил крайнюю степень отчаяния Янко, который по мокрым волосам Раувольфии догадался, о чём речь.
Сама Раувольфия шутливо погрозила им двоим пальцем и отправилась в прибрежные заросли любоваться травками и цветочками. Небо стало уже совсем тёмным, покрывшись щедрой россыпью звёзд. Янко присоединился к Смитам, помогая им выбирать подходящий материал для костра, Иванна задумчиво бродила по лунной дорожке, машинально вспоминая, какие из ингредиентов можно собрать в полнолуние. Через короткое время появилась задыхающаяся Адя, весь взъерошенный вид которой свидетельствовал о том, что возвращалась она бегом и при этом безуспешно пыталась хихикать. Иванна немедленно потребовала рассказа о предмете её веселья. Присев на комель сильно накренившейся лозины, Адя кое-как отдышалась и смогла говорить.
— Куканье твоя — шедевр! — заявила она.
— Это я в курсе, а что на этот раз? — нетерпеливо отмахнулась Иванна.
— Когда вы ушли, она, Дайсукэ и Малфой прикучковались ближе к твоим родителям, Игорю и твоему хогвартскому товарищу. Дядя Мирко очень веселился над причёсками Дайсукэ и Малфоя и принялся стращать Северуса с Игорем, что Катя непременно доберётся и до них, особо посоветовав Игорю беречь бороду от этого «бесовского исчадия». Анна пришла в совершенно неописуемый восторг и в приказном порядке велела Малфою — которого теперь иначе как Рюцэ-сан не называет — отращивать бороду, чтоб можно было заплетать в косички, ему-де это безумно пойдёт, — разом выпалила Адя.
Иванна едва не прослезилась с досады, что упустила возможность поприсутствовать при таком эпохальном разговоре.
— Они вообще намерены там сюда идти? — спросила она.
— Да, родители чуть позже подтянутся, они отвлеклись поболеть за картёжников — эти прочно залипли, думаю, не скоро придут. Игорь с Северусом за мной следом вроде бы пошли — я просто торопилась тебе рассказать. А остальная троица подтянется, как только Куканье Малфоя расплетёт, — сообщила Адя. — Он её чуть ли не на коленях молил.
— Эх, нет у него выдержки, — коварно захихикала Иванна. — Так ему и надо. О, вот и ребята… — приветствовала она появление на берегу Снейпа и Каркарова. — Как там их сиятельство? — спросила она.
— Восстанавливает честь семьи Малфоев, — хмыкнул Каркаров.
