Игорь, никем не замеченный, без всяких помех добрался до своего стола. И остановился в некотором ошарашении. Папка с отчетом, что так торжественно была вручена ему Леопардовной, была полностью погребена под горой трусиков и бюстгальтеров в ярких упаковках. Стерпеть такое было нельзя.
–И это все – мне?– громко, с легкой ноткой трагизма, произнес он,– И, взяв в руки пакетик со стрингами, сделал вид, что внимательно его рассматривает.
– С этим надо поработать? Неплохо. Размерчик, правда, великоват…
Игоря, наконец, заметили.
– Чего раскричался-то?– отозвалась Тамара, что доказывало: безобразие на столе Игоря – ее рук дело,– Подумаешь, трусы ему на стол положили. Они в упаковке. Тебя, ж не было. Сейчас уберем.
Тамара начала быстро сгребать со стола белье, и это привлекло внимание Леопардовны, которая до сей поры внимательно рассматривала шелковую блузку.
– Ой, да перестань, Тома, не суетись. Это практически взрослый мужчина. Его дамскими трусами не смутишь.
И, затем, уже снова к «коробейнице»,– Нет, этот блузончик я должна примерить! По-моему, идеально подходит к юбке, что я привезла из Чехии.
Леопардовна завела руку за спину и начала расстегивать молнию платья. Игорь понял, что сейчас случится непоправимое.
– Эльвира Леонардовна!– Игорь старался придать голосу максимум возмущения, хотя на самом деле едва сдерживался, чтобы не расхохотаться,– Это уж перебор. Подождите хоть, я выйду!
– Ой, Игорек! Не берите в голову! Уверяю вас, ничего нового для себя вы не увидите,– Хаднокровно ответствовала начальница, продолжая возиться с молнией.
– То-то и оно! Я боюсь увидеть для себя старое.
Но смутить Леопардовну не дано было никому.
– А вот хамить не надо! Ну а если вы такой трепетный, то окажите даме любезность, принесите кофе. Вы помните, я люблю с корицей.
Кто бы сомневался, что Люба упустит шанс подсуетиться.
– А мне капучино!
Яна: « А мне с молоком, латте называется»
Оля: «Мне большой американо, без сахара»
Игорю оставалось лишь покорно собирать заказы. Дошла очередь и до Аси.
– А вы, сударыня, чего изволите?– обратился он к девушке в элегантном, как ему показалось, полупоклоне. Но впечатления не произвел.
– Ничего. Не люблю кофе.
Оставалось только выйти и побрести в буфет.
За время совместной работы Игорь научился ценить в своих коллегах умение удивлять. Изобретательность дам и девушек, казалось, не имела границ и почти равнялась их непосредственности.
Вот и сейчас, когда, спустя полчаса стояния в буфетной очереди, Игорь едва протиснулся в дверь бухгалтерии с подносом, уставленным кофейными стаканчиками, ему оставалось только замереть и открыть рот. В комнате не было никого. За исключением Леопардовны, которая мрачно бродила промеж столов, словно полководец разбитой армии. Игорю она обрадовалась. По- своему, конечно.
– Наконец-то! Простого дела доверить нельзя.
– А где все?
– Все – здесь. А остальные – не дождались. У кого дети в саду с корью, у кого – мама из деревни приезжает, у кого, извини, месячные. Продолжать?
– Спасибо, не надо. А кофе куда девать?
–Полагаю, он тебе самому весь пригодится. Придется тебе опять прикрыть своим сильным мужским телом наш нежный, но дружный коллектив.
Леопардовна, как показалось Игорю, с едва ли не долей сочувствия, кивнула на его стол. Теперь он был завален не изящными предметами туалета, а грубыми папками со счетами. И все это надо было сверить с электронными аналогами!
А Игорь не хотел верить в очевидное.
– И Ася тоже ушла? Она меня с расчетами просила помочь,– соврал он для прикрытия.
–А она что, хуже других?
Что оставалось делать разочарованному Игорю? Сел за стол, принялся разгребать папки. И тут заметил валяющуюся возле компьютера флешку . Это была его флешка, с диссертацией, с перепиской. Он точно помнил, что прошлым вечером вставил ее, чтобы подработать кое-что, и забыл вытащить. И вот – это сделал кто-то другой. Или это случайность? Благо Леопардовна, оставалась еще в комнате, что-то интересное нашла в одной из папок.
– Эльвира Леонардовна! А уборщица сегодня приходила?
Зина-то? Да второй день на больничном. Говорят, ангина. И где в такую погоду подхватила? А тебе-то что?
– Да пылища, не продохнуть. А на компьютере моем с утра никто не работал?
– Да кому он нужен? Наши от своих-то шарахаются.
Леопардовна добавила свою папку к тем, что громоздились перед Игорем и мощно потянулась.
– Все! Силы оставили меня. Пойду домой. А вы, наш герой, я верю, достойно завершите общее дело.
Вот тут-то Игорь решил отыграться.
– Боюсь, ваш оптимизм чрезмерен.
–Что? Бунт?
– Отнюдь. Просто наш директор решил послать меня в срочную и ответственную командировку
И для убедительности помахал перед Леопардовной желтым конвертом.
– Час от часу не легче, то понос, то золотуха. Это куда же?
– В Сочи, на международный семинар молодых банковских работников – будущей, как уверял меня Альберт Никифорович, элиты мировой финансовой системы. Между прочим, как лучшего молодого специалиста нашего учреждения. Выезжаю сегодня вечером. На две недели.
– Вот, собака, хоть бы предупредил. Собака – это не ты, Игорь. Но отчет же добьешь?
