Командующий армией даже в самых мрачных предположениях никогда не думал о том, что ему после невероятно тяжелой и тягостной обороны Одессы, после успешного выполнения хорошо продуманного ухода многотысячной армии буквально под носом у противника придется теперь брать на себя всю тяжесть ответственности здесь, в Крыму, защищая Севастополь. Петров был убежден в том, что нашим войскам удастся надолго задержать гитлеровские полчища под Перекопом, где сама природа создала уникальный рубеж. Но этого не произошло…
Во второй половине октября 1941-го, блокировав все подступы с суши к полуострову, немецкие войска сконцентрировали крупные силы, провели мощную артиллерийскую подготовку и при активной поддержке с воздуха пикирующих бомбардировщиков начали штурм Перекопа. Уже через несколько дней гитлеровцы, сломив сопротивление советских войск на Ишуньских позициях, добились крупного успеха — их передовые механизированные части и танковые соединения прорвались на степные просторы Крыма, где никаких оборонительных рубежей не было…
В те напряженные осенние дни немцы торжествовали не только на этом южном участке, а повсюду, на всех главных стратегических направлениях, и многим казалось, что судьба советского государства повисла на волоске. То было самое трагическое время великой войны, когда гитлеровские войска, не считаясь с потерями, благодаря превосходству в технике и живой силе добивались успехов на всем гигантском фронте от Балтики до берегов Черного моря.
Захватив Мгу, стремительно развивая успех, моторизированные части вермахта группы «Север» вышли к берегам Ладожского озера и овладели Петрокрепостью, легендарным Шлиссельбургом, замкнув кольцо вокруг Ленинграда, блокировав его с суши… Город подвергся методической жесточайшей бомбардировке, в гигантском огне погибли знаменитые Бадаевские склады, в которых хранились огромные запасы продовольствия. Потери оказались невосполнимыми, впереди маячила суровая голодная зима в осажденном Ленинграде.
На Западном фронте Центральная группа войск вермахта, неся тяжелейшие потери, упрямо двигалась к столице. Передовые рубежи обороны, где шли непрерывные ожесточенные бои, проходили не в сотнях, а в десятках километров от стен Кремля. Участились бомбардировки, немецкие самолеты буквально засыпали столицу фугасными и зажигательными бомбами. Из Москвы были спешно эвакуированы в глубокий тыл, на Восток, за Урал, крупные промышленные и оборонные предприятия. Под открытым небом в еще недостроенных цехах, едва установив станки, рабочие приступали к выпуску необходимой фронту продукции. Из столицы в город на Волге Куйбышев, бывшую Самару, переехали правительственные учреждения, министерства, научные центры, дипломатический корпус. Но Верховный Главнокомандующий и штаб оставались в Москве. Столица готовилась к обороне. Создавались опорные пункты, улицы и площади ощетинились противотанковыми ежами, сваренными из железнодорожных рельсов, вырастали баррикады, стены из плотно сложенных мешков с песком. Десятки тысяч добровольцев брали в руки оружие и вступали в полки и дивизии народного ополчения. Появилась внутренняя полоса обороны, которая проходила по Садовому кольцу, и вторая — по Бульварному.
Москва стала прифронтовым городом. Государственный Комитет Обороны — ГКО, взяв на себя руководство войсками и всей обороной столицы, 19 октября принял постановление о введении в Москве и прилегающих к ней районам осадного положения. В постановлении говорилось, что оборона столицы на западных рубежах поручена командующему Западным фронтом генералу армии Жукову, а оборона непосредственных подступов к городу возложена на войска Московского гарнизона.
На Южном же направлении в это время, во второй половине октября, немецкие ударные войска, захватив большую часть Украины, развернули масштабное наступление на Донбасс и Крым.
Гитлеровское командование хорошо понимало стратегическое и геополитическое положение Крымского полуострова. Владея им, можно полностью контролировать не только вход в узкий Керченский пролив, но и весь бассейн Азовского моря. Через Крым пролегает кратчайший путь на Кавказ, к нефтяным кладовым Баку. Да к тому же Крымский полуостров представлял собой превосходный плацдарм для базирования авиации. Именно из Крыма советские летчики наносили бомбовые удары по портам и нефтеносным районам Румынии. А его географическое положение в Черном море, позволяющее контролировать все основные морские коммуникации, вообще трудно переоценить. На это особенное и чрезвычайно выгодное положение Крыма указывал фюрер на секретном совещании немецкого главного командования, которое проходило в середине августа, настаивая на необходимости в кратчайшие сроки овладения полуостровом, который, по его словам, является непотопляемым авианосцем Советского Союза.
