И я кружусь над схваткой, захлопнув рот и придержав свои советы, которые лишь напрасно отвлекут Виликор.
Всё, что я делаю — это пытаюсь использовать талант Указов, но то, что я словно перенёсся к схватке, ничего для него не значит. Я сам, моё тело, вращающее Круговорот, всё ещё стоит слишком далеко от врага.
Я бросаю в ту сторону мимолётный взгляд, отметив пыль стихии, что осыпается с моей кожи, и забываю про себя, сосредоточившись на схватке.
Виликор, давай.
И она даёт. Сначала по шее и кистям рук проявляется чёрная вязь, очень похожая на моё Единение. Но я уже знаю, что это не оно, это начертание на тело, один из секретов и талантов семьи Тразадо.
Следом цзянь в руках Виликор наливается холодным сиянием, словно покрывается льдом.
Первый же удар, который пропускает дизирец, рассекает ему грудь, не замечая защиты Покрова и амулета, заставляет кровь раны застыть гроздью алых ледяных капель.
Теперь уже Виликор давит, заставляет дизирца пятиться, раз за разом отступать от её жалящей стали и всё сильней и чаще бить её в спину призрачными клинками.
Виликор игнорирует их, не использует защитной техники, полностью положившись на Покров.
Невольно я считаю вдохи.
Первый вдох. Второй вдох.
Трибуны охают.
Чуда нет. Виликор всего лишь Мастер.
Два вдоха защиты Покрова истекли и первые два призрачных клинка вспарывают халат на её спине.
Следующие два уже вонзаются в тело, заставляя пролиться кровь.
Виликор замирает, застывая в выпаде. Её цзянь пронзил дизирца насквозь, насадив на сталь. На ледяную сталь. Цзянь уже не сияет льдистым блеском, но рана, рука дизирца, который ухватился за клинок, всё покрыто льдом.
В тишине слышен негромкий голос Виликор:
— Ты проиграл. Признай поражение и дай мне вытащить меч, пока лёд не достиг твоего сердца.
Дизирец лишь рычит, а его глаза наливаются красным.
Зато кричит наш распорядитель:
— Дизир, ударьте в гонг!
Тишина. Лишь вопли трибун и рык дизирца, который раз за разом бьёт Виликор мечом, который она принимает на откатившийся Покров. Мгновение и её меч снова сияет, она проворачивает сталь, заставляя лёд лопнуть, и рвёт меч в сторону.
Где-то я сегодня уже это видел.
Между Виликор и дизирцем три шага. Он лишился пальцев на левой руке и правой руки по локоть. Кровь хлещет из обрубка, но это не мешает ему осыпать Виликор призрачными мечами. Правда, что толку? Теперь, свободная от схватки, она с лёгкостью разносит их мечом, а спустя вдох, наконец, бьёт гонг.
И ничего не меняется. Дизирец всё так же обрушивает на Виликор свою технику, всё так же заливает ринг своей кровью.
Два вдоха и возле него служители Арены, вскидывают руку, используя Наказующую Длань, я отчётливо вижу знакомое обращение. Глупцы. Вам так втроём даже с пиковым Мастером не справиться, что вы тут пытаетесь сделать против Предводителя?
До них доходит и дизирца буквально сбивают с ног, наваливаются сверху, прижимая к груди здоровенную бляху какого-то артефакта, что притащил на ринг четвёртый служитель.
Дизирец резко обмякает, бешено вращает алыми глазами, а затем и вовсе теряет сознание, больше не мешая заниматься его ранами.
Служитель бросает на него лишь одну лечебную технику, а затем разворачивается к Дизир. Молча. Но за него говорит наш распорядитель:
— Что вы застыли, Дизир? Принимайте своего раненого и занимайтесь им дальше сами так, как считаете нужным. И потрудитесь объясниться за это нарушение правил турнира. Очередное нарушение.
— Что тут объяснять? — голос дизирца спокоен. — Наш участник увлёкся. Сложно его винить. День выпал долгий, нервный, слишком уж много сегодня обвинений мы услышали и сделали открытий о сути вашего Ордена. Наказание для него? Конечно, накажем. Дома.
Виликор вмешивается в разговор:
— Он и сам себя достаточно наказал. Не упрямился бы и остался бы цел, вся Арена свидетели. Я предлагала ему сдаться.
Тряхнув волосами, она опускает руку на пояс и поднимает перед собой фиал:
— Прошу служителей Арены проверить. Лечебная алхимия.
Я поджимаю губы и тянусь к Виликор, пытаясь проникнуть в её тело. Не выходит. Моё духовное зрение, хоть и способно видеть ринг так, словно я на нём стою, но не способно на то, в чём должно участвовать тело — коснуться Виликор рукой. Впрочем, раньше мне для этого нужно было ещё и использовать лечебную технику. Кто знает, может быть, и это изменится. Но не сейчас, к сожалению, а ведь рана в спине серьёзна, раз Виликор решилась использовать алхимию.
На её бесстрастном лице ничего не дрогнуло, когда она опрокинула в себя фиал.
Зрители тоже это оценили:
— Ледяная Фея!
Виликор швырнула фиал в сторону, заставив его разлететься десятками осколков, и поманила рукой:
— Дизир, я жду.
Едва ударил гонг, следующий её противник вскинул руки, проявляя перед собой сразу три обращения.
Я даже стиснул зубы, так живо мне это напомнило мой набор техник Роака, которые использовали все узлы Мастера без исключения.
Виликор тоже более чем ясно осознала угрозу, сорвалась с места, стремительно рванув через ринг.
Ей понадобился вдох на то, чтобы наполнить меридианы и вдох, чтобы достичь врага.
