Нас разместили в отеле класса «три звезды плюс». На счет «плюс», после беглого знакомства с отелем, закрались большие сомнения. Поселили в двухместных номерах. Не избалованные советским сервисом мы не роптали. Приключения начались с первых минут заселения. Меня поселили с Шагиным Валерием Павловичем в один номер. Валерий Павлович первым делом направился обследовать ванную комнату, совмещенную с туалетом. По первой своей специальности он был инженером по водопроводу и канализации и до нашей организации работал в проектном институте «Водоканал», и, естественно, разбирался в этих делах неплохо. Со знанием дела начал проверять сантехнику. Не успев переодеться с дороги, минуты три спустя, я услышал знакомое урчание спускаемой в унитазе воды, а затем характерное шипение и свист вырывающейся из крана воды, сопровождаемый воплями Валерия Павловича. Бросился выяснить обстановку, открыв дверь в ванную комнату, увидел такую картину: Валера навис всем своим могучим телом, центнера полтора весом, над раковиной умывальника и, заткнув большим пальцем правой руки отверстие сорванного шарового крана, в левой руке держал никелированный рычаг крана, шаря по стенам очумелым взглядом, пытаясь найти полотенце чтобы заткнуть им фонтанирующую струю. Модная белоснежная сорочка, приобретенная специально для заграничной командировки, намокла и прилипла к его могучему торсу. Вид был весьма нереспектабельный. По его совету я обшарил все углы в ванной комнате, пытаясь найти контрольные краны для перекрытия воды в случае аварии, но оказалось по нормативам бывшей братской республики, такой роскоши не предусмотрели. Отплёвываясь и проклиная все чешские СНиПы и нормативы строительства этой страны, а заодно и тот день, когда согласился на эту поездку, Валера отчаянно боролся с напирающей на него водой, затем внезапно замолк и жалобным голосом попросил меня позвонить администратору отеля, вызвать дежурного сантехника. Администраторша внимательно выслушала мою просьбу по внутреннему телефону и подбирая нужные русские слова, выученные в Чехословацкой школе, с приятным акцентом спросила: «У вас что-то случилось?»
Стараясь как можно спокойнее, внятно выговаривая слова, я ответил: «Да! Случилось! В ванной комнате вода фонтанирует, скоро затопит ваш трехзвёздочный отель».
В трубке спокойным голосом произнесли: «Не волнуйтесь, скоро исправим». Я передал ответ дежурной Валерию Павловичу. Он, как Самсон, укрощающий льва, продолжал бороться с фонтаном. Переварив сказанное, взвыл как раненый вепрь: «По-чешски скоро – это сколько в часовом выражении?»
Оказалось – недолго, минут через пять, походкой вразвалочку, в фирменной яркой спецовке и с красивым ранцем в руке появился сантехник. Оценив ситуацию, мастер присвистнул и произнес: «Оля ля!», развернулся и вышел из номера. Я последовал за ним с криком: «Уважаемый, вы хотя бы воду перекрыли!» Он обернулся и с улыбкой человека, проживающего в свободной стране, которая, кстати, с нетерпением ожидала вступления в Евросоюз, что-то ответил, естественно, на его родном языке. Хоть наши языки имеют общие славянские корни, но я ни черта не понял и пошёл к администратору искать подмоги. Она, хоть и с акцентом, но вполне понимает ненавистный для чехов язык оккупантов. Особенно после событий Пражской весны 1968 года.
У стойки уже стояли наши коллеги, ожидая нас для того, чтобы пойти в ресторан на ужин. Увидев меня одного, удивились, спросив, почему я в одиночестве и не случилось ли чего с Валерием Павловичем? Я сказал, что Валерий Павлович уже приступил к выполнению командировочного задания и перенимает богатый опыт чешских коллег по вопросам водоснабжения и водоотведения. Коротенько обрисовал ситуацию и предупредил, что с ужином придётся повременить до устранения аварии и приведения в надлежащий вид нашего исследователя. Народ почему-то развеселился, кроме Рассохина. Тот не хотел ждать ни минуты, у него горели трубы после вчерашних проводов за границу в кругу семьи. Заразительно хохотал Женя Горохов, хотя то же выпить не дурак, но он был вечным оппонентом Шагина и ради такого весёлого случая готов был потерпеть. Кроме того, среди нас он был самым молодым, по характеру циником, скрывать эмоции радости чужому горю ему не привычно.
В ресторане Валерий Павлович выглядел самым свежим среди нас, ему невольно пришлось принять душ, после чего нарядиться во все новое, предусмотрительно приготовленное супругой. Голубой свитер и джинсы были ему к лицу. Женщины оценили его гардероб и отпускали комплементы. Валера довольный ворчал: «А я ещё наорал на жену, не хотел брать лишнее барахло с собой. Но её разве переспоришь».
