«… Славен народ, породивший богатыря! Счастливы родители его, горд князь его, надёжны друзья его, верна жена его, обильно потомство его. Как гора над равниной вздымается его слава над другими. И не смеет никто сказать «сей народ мерзок, сей народ не по праву чтиться, сии люди нелепы, сей князь бесправный тиран». Ибо станет на защиту богатырь, и друзья его, и слава его, и князь его, и народ его. Тех, кто заедино, никому не победить. А кто победил, того и жизнь, того и правда…»
Буривой потёр уставшие глаза и, отставивши книгу на доброе расстояние, продолжил читать:
«…Счастлив отец, родивший сына. Бо сын продолжение его доблести, его крепости, его силы. Сын наследует и землю отца, и кров отца, и добро отца, и станет как отец на земле, станет продолжением его. Сын продолжит мысли отца, и дела отца. И все увидят это и скажут: «Это же сын его!» — уважайте память его отца, дружите с ним и любите его, бо он продолжение того…»
Бранибор, присев после утомительного учебного перехода, снова открыл на закладке, которую как молитву, повторял чуть не каждый день:
«… Широка земля, но не всегда в ней найдётся место. Если ты слаб, всегда может придти такой, кто скажет «ты виновен» и прогонит тебя, убъёт твоих сыновей, заберёт твои стада и твоих жён и дочерей, и всё твоё добро и твою одежду. И голым для посмешища будешь отпущен скитаться. Потому науки воинской не гнушайся, сил и денег своих на неё не жалей. Других спрашивай, а делай сам. И крепости строй сам, и оружие куй сам, и сынов своих обучай сам. И их младости и нежности не жалей, и женам своим в жалости не потач. Ибо придёт беда и тогда, что не сам сделал, в руках не удержишь, и жалость обернёться погибелью…»
Вершко, стоя перед окном дома, вспоминал из Летописи:
«… И сказал Благостень: «Нет нам надёжи на государя — у него советников не переслушать. Нет нам надёжи на соседей, каждый боится за себя. Нет нам надёжи на брата — у него своя беда. Так станем за себя сами». И бился Благостень с пятью сыновьями своими против находников мургезов. У Благостеня было полторы сотни, а у тех было семь сот. Первый раз напал ночью и убил две сотни. Другой раз напал с гор и убил полторы сотни. Третий раз стали в поле и решили разойтись богатырским поединком. И отправил на поединок сына Праста. И сын победил…»
Горобей объяснял Прытку:
— Всё уже написано, друг мой молодший, только бери и читай. Там много важного сказано:
«… Делай добро и добром тебе воздастся. Помогай всем добрым и светлым, ибо добру нужна помощь и защита. Ибо добро есть творение благого Бога и его путь на белом свете…
… Говори по существу и правду, ибо это суть утверждение Прави, Божьих законов.
… Муж и жена, которых соединяет любовь, суть один человек. Род творится этим человеком. Любовь же есть сила Рода, а почитание предков есть память Рода и уважение себя…
… На Свято славь богов и предков. Каждую седмицу празднуй, ходи вольный от дел, с ясной головой, веселись с родом своим и племенем, ибо в том радость жизни. Хмельного не пей совсем, либо пей, сколько требует обряд, либо сколько указуют старейшие.
… Заботься о теле, не держи его в лености, ибо тело — святилище твоего духа. В здоровом теле — здоровый дух. Заботься о духе, не держи его в праздности, ибо он по сути своей равен богам. Ежедневное сотворение нового мира и телом и духом человек совершает. Продолжая тем деяния Богов и предков.
… Будь приветлив и рад другому человеку и гостю, ибо он — посланник Богов, а мы лишь постигаем их замысел.
… Будь воздержан и следуй наиважнейшему, ибо мир велик, а жизнь коротка, и не успеешь, взявшись за одно, сделать и другое.
… Пусть твои желания, твоё сердце и твой разум будут в ладу и в согласии, ибо целое крепко, а разрозненное гибнет. Согласие и лад ищи и в людях, и в жизни, и во всём.»
Янка пододвинулся к Милавице с подаренной книгой.
— Смотри, Милавичка, что тут написано:
«… Веселье твоё есть благо твоё великое. Где, бывает, не могут помочь и лекари, помогает веселье. Радование продлевает часы дня и дни жизни. Песнопение очищает душу, и мысли, и сердце. В застолье, в походе, с семьёй или в одиночестве — всегда лучше петь, чем молчать. Если тебе радостно — пой. И станет ровнее на сердце у тебя. Если у тебя печаль — пой. Если тебе трудно и тяжко — пой. Если у тебя беда — тоже пой. И станет тебе легче, и снова можно будет жить…»
Олесь осторожно макал перо в добротные, чёрные, как тушь, чернила и, следя, чтобы капля на гусином пёрышке не была чересчур жирной, заглядывал в старую рукопись и старательно выводил новые письмены на чистом листе:
Азъ Боги Веди.
Глаголи — Добро Есть. Живете Зело.
Земля Иже И Дервь Како Люди Мыслете — Наш Онъ Покой.
Рцы Слово Твердо Ижица Укъ Фертъ Херъ От.
Печаль Цы Ша Ща Еры Юс Ять.*
Двадцатое липеня лета 6574 (1066).