— Я не могла и дальше зачаровывать ее, Беллами. Она заслуживает того, чтобы знать, что происходит. По крайней мере, что-то из этого. — Отчаяние Катрины заглушило мое беспокойство, но я все равно чувствовал себя неловко из-за того, что эта женщина разгуливает по кораблю.
— Она останется здесь. На корабле. Все это время.
— Да, все в порядке, — кивнула Катрина. — МакКензи останется с ней.
— Идет, — я отвернулся и направился к корме лодки, где Ной спускал шлюпку на воду. — Это не идеально, но работает.
Мы с Катриной спустились по трапу и присоединились к Ною на маленьком надувном сером плоту. Его двигатель заурчал, казалось, не привыкший к работе, и мы отправились к острову.
— Осторожно, — предупредил я, наблюдая, как мы медленно проплываем мимо неглубоких впадин и отмелей, грозящих зацепить наше надувное судно. Пробираться через лабиринт изгибов и поворотов оказалось сложнее, чем я помнил, особенно когда ялик показался таким хрупким по сравнению с нашими прочными деревянными весельными лодками из прошлого.
— Дух захватывает, — сказала Катрина. — Я бы с удовольствием нарисовала это.
— Прими это к сведению. Это твои корни, дорогая. Ты говорила, что ты — кубинка, да?
— Да, — она отвела взгляд и застенчиво кивнула. — Наполовину кубинка. Наполовину русалка.
— Una sirena cubana (исп. «одна кубинская сирена»). По-моему, это божественное сочетание, — подмигнул я.
Катрина и Ной разинули рты от изумления, когда мы вошли в бухту, окруженную серыми неровными скалами, обрамляющими вход. Здесь вода была такой прозрачной, что можно было разглядеть все до самого дна, а по скалистым краям стекали ручейки зелени. Мы выключили мотор и, налегая на весла, направились к песку, огибая подковообразную границу скал.
Мы, наконец, добрались до берега, после того, как гребли, наверное, минут двадцать. Когда мы вытащили маленькую лодку на сушу, я с радостью ощутил под ногами знакомое ощущение дикого, неухоженного острова. Ни зданий, ни дорог, ни современных удобств не было видно. В этой укромной бухте Кубы мы чувствовали себя как дома. Как в те славные деньки, когда мы перетаскивали добычу на берег в какое-нибудь укромное местечко у черта на куличках. Потом мы праздновали с танцами и музыкой, пили ром и ликер, пока не теряли сознание, а когда просыпались, шум прибоя щекотал наши натруженные, мозолистые ступни.
Я заметил, что Катрина оглядывается по сторонам, высматривая наш следующий пункт назначения, в то время как Ной стоял, скрестив руки на груди, словно с нетерпением ожидая следующего шага. Я намеренно потратил время на то, чтобы хорошенько размяться, позволив расстегнутой рубашке соскользнуть вниз, и солнце согрело мою обнаженную грудь.
— Если бы я не знал тебя лучше, я бы сказал, что ты зря тратишь наше время, — проворчал Ной.
— Давай, приятель, вытащи свою голову из задницы. Удивительно, что Майло дал тебе этот компас, чтобы ты был в безопасности, раз ты такой упрямый.
Катрина кивнула, когда выражение лица Ноя стало холодным, как камень.
— Что ж, все, что я хочу сказать, это то, что чем быстрее мы найдем этого парня, тем лучше.
— Я бы не был так уверен в этом. Но вперед! — Я хлопнул в ладоши и повернулся к беспорядочно раскинувшемуся позади нас тропическому лесу. — Быстро, быстро.
Мы двинулись дальше, углубляясь в поросший травой лес. Земля была влажной от темной грязи, которая осталась после моря и дождей. Виноградные лозы и густые зеленые ветви нависали над нами, извиваясь во всех направлениях, а сквозь песчаную грязь то тут, то там проглядывали скалы. Я усмехнулся, когда мимо нас пролетел ярко раскрашенный попугай и напугал Ноя пронзительным криком. Это было не совсем то, что я помнил, но что-то похожее.
Из-за того, что в этом беспорядочном скоплении деревьев не было тропинок, нам пришлось продираться сквозь листву, и я молча прокручивал в голове, как добраться до убежища Бастиана. Пятьдесят семь шагов по лесу. У скалы в форме краба повернуть налево. Или направо? Скала вообще была на месте? Клянусь, я ее нигде не видел, но мы зашли достаточно далеко.
— Ты уверен, что знаешь, куда идешь? — спросил Ной.
— От моего ответа будет зависеть, продолжишь ли ты следовать за мной в уединенный, недоступный тропический лес, в милях от цивилизации, на острове, где ты никогда раньше не был? — Я ушел, даже не обернувшись, самодовольно ожидая, когда, как я полагал, за этим последует тишина. — Ладно, как всегда, в любом случае, я — твой лучший шанс.
Я увидел, как Катрина закатила глаза, но по тому, как дернулись уголки ее губ, я понял, что она пытается сдержать улыбку.
— Этот камень выглядит точь-в-точь как черепаха! — воскликнула она, внезапно указывая на серую каменистую массу, выступающую из кустов.
— Смотри в оба, дорогая, — подмигнул я, подыгрывая, сам себе удивляясь своей ошибке. Камень с крабами снова оказался на Мадагаскаре. Я не мог поверить, что перепутал их. — Теперь мы пройдем десять шагов на север. Нет, налево.
