Я вспомнил, как она умоляла меня после того, как я убил напавших на нее людей Тэйна. Она бы никогда не захотела видеть меня таким, но у меня не было другого выбора, кроме как стать таким. Я купил себе билет сюда ценой кровопролития, а теперь практически продал свою душу, чтобы прожить остаток пути. И хотя татуировка причиняла мне жгучую боль, не похожую ни на что, что я когда-либо испытывал, страх, что я, возможно, не тот человек, которого заслуживала Катрина, терзал меня гораздо сильнее.
Прости.
15. Красное небо ночью — моряки радуются
Катрина
Усталость накатила на меня, как темные волны, по которым мы скользили. Солнце низко опустилось за горизонт, и мы не сбавляли скорости с тех пор, как снова отправились в путь. Я никогда не контролировала воду так долго и не знала, сколько еще смогу продержаться. Но я не могла терять времени, особенно когда у Майло оставалось его все меньше и меньше. Сосредоточилась изо всех сил, чтобы не позволить воде буквально выскользнуть из моих рук.
Наблюдала, как багровый закат окрашивает воду внизу в кровавый цвет. И вспомнила, как Беллами говорил что-то о том, что небо становится красным перед наступлением темноты. Что это хороший знак для плавания. Надеюсь, завтра погода будет соответствовать. Может быть, тогда смогу немного отдохнуть и дать двигателю поработать… если бы я только смогла продержаться еще немного…
Но потом что-то в воде показалось мне таким чудесным. Я посмотрела на кильватерный след, тянущийся за нами, расходящийся в море веером. Мне было так жарко, я так устала стоять на безжалостном океанском ветру. Я могла бы остановиться на минутку. Всего минуту, и я нырну, чтобы быстро поплавать…
Далеко-далеко. И никогда не вернусь.
Только когда рядом со мной появился Беллами, я остановилась.
— Тебе нужно отдохнуть, Катрина.
Дыхание, застрявшее в груди, наконец-то освободилось, и мои плечи опустились, когда я наклонилась вперед, чтобы ухватиться за перила кормы.
— Не могу, — пролепетала я. — Я должна… продолжать. — Я снова протянула руку к воде, пытаясь удержать силу, которая покидала меня. Беллами крепко схватил меня за запястье, прежде чем я смогла полностью вытянуть руку.
— Нет. — Он встал передо мной, — ты же знаешь, что для тебя невозможно стоять здесь всю ночь напролет. И не будет иметь значения, как быстро мы доберемся туда, если ты умрешь от усталости.
Пронзительное отчаяние в его ледяных голубых глазах заставило меня задуматься. Он был прав, но какая-то часть меня хотела дать ему пощечину за то, что он указывал мне, что делать. Как он смеет думать, что знает все лучше меня? Я единственная, у кого здесь была сила.
Заставь его заткнуться. Убери его.
Беллами отступил на шаг, не сводя с меня глаз.
— Синий цвет тебе не идет, дорогая.
Я крепко зажмурила глаза и покачала головой, пытаясь заглушить вой сирены, который снова поднимался во мне. Мое желание прыгнуть в море угасло, и я мысленно похвалила себя за то, что смогла так быстро заставить ее замолчать.
— Извини, — сказала я, — ты же знаешь, как это бывает.
— О, я знаю, — усмехнулся он, поддерживая меня за плечи и поворачивая лицом к палубе, чтобы я не смотрела на море. — Все в порядке.
— Я собираюсь отдохнуть. Но всего пару часов, — сказала я, делая шаг в сторону кают. — С мамой все в порядке? Она все еще спит?
Беллами кивнул.
— Она все еще в своей комнате. — Он отвернулся от меня и посмотрел на вход в каюту.
— Ладно, хорошо. — Я знала, что должна проведать ее. Знала, что она будет в полном замешательстве, когда проснется снова. Честно говоря, я была удивлена, что она до сих пор не проснулась. Мне не хотелось усыплять ее так надолго. Но пока не могла заставить себя пойти к ней, потому что боялась, что не смогу скрыть реальность при следующем разговоре с ней. Обязательно сделаю это в ближайшее время. Но не сейчас.
— Я не единственная, кому нужно немного отдохнуть. — Я бросила понимающий взгляд на Беллами, отметив его налитые кровью глаза и сутулые плечи.
— Не думаю, что мое тело помнит, как это делается, — сказал он с ухмылкой, но я видела его насквозь.
— Я знаю, что это не так, — сказала я. — Думаю, тебя что-то беспокоит.
Он сжал губы.
— Не больше, чем то, что беспокоит тебя. Не волнуйся, я посплю, когда придется.
Мой разум был слишком затуманен, чтобы спорить с ним. Я приложила руку к пульсирующей голове. Мне нужно было поспать. Мне нужно было восстановить силы, прежде чем я потеряю себя во многих отношениях.
Я прошла в комнату, которую делила с МакКензи в те редкие моменты, когда мне удавалось поспать. Она уже была там, уютно устроившись на своей половине кровати. Я всегда завидовала ее способности засыпать так глубоко и легко. Но сегодня ночью мне повезло. Сегодня ночью сон был близок ко мне. Как только я закрыла глаза, то обнаружила, что проваливаюсь в успокаивающие объятия сна, где, как надеялась, мне удастся еще немного отгородиться от своей сирены.
