— Звезда, которую ты носишь, дарует тебе милосердие. — Я проследил за взглядом женщины, которая смотрела на мою татуировку с Полярной звездой, пока мужчина говорил. — Но, по ее словам, в тебе также есть темная сила. Темные чары, которые противостоят нашим и притягивают тьму на наш остров. — Он указал на мою руку с меткой Бастиана.
— У меня не было выбора, кроме как принять это. Это всего лишь татуировка. У меня нет темной силы. — Я не смел пошевелиться, пытаясь объясниться, глядя на племя вокруг меня, наблюдающее за каждым моим движением.
— Подойди, — строго сказала пожилая женщина. Я был поражен тем, что она внезапно произнесла слово, которое я понял. Я медленно повернулся к ней, заинтригованный. Она посмотрела на мужчину, чтобы он перевел, а я ободряюще кивнул Кларе.
— У нас здесь есть легенда, что солнце и луна когда-то были смертными, запертыми в пещере и выкованными в результате пребывания в одной и той же тьме.
— Какое отношение это имеет ко мне?
— Ты тоже не должен поддаться теням, которые связывают тебя. Темный, который отметил тебя, может видеть нас сейчас. Даже если мы убьем тебя, ты уже раскрыл наше существование. Скоро придут корабли, и люди заберут то, что им не принадлежит. Мы должны разорвать связь, которую ты разделяешь со своим темным повелителем, чтобы нас нельзя было отследить.
— Вы можете это сделать?
— Этого достаточно, чтобы ослабить связь, которая связывает тебя с тьмой. И тогда ты должен немедленно уйти, чтобы больше не быть маяком, указывающим наше местоположение.
Мысль о том, чтобы разрушить связь, которую Бастиан поддерживал со мной, казалась слишком хорошей, чтобы быть правдой, независимо от того, что это повлечет за собой. Я наклонился, отчаянно желая узнать больше и гадая, чего это потребует от меня. Казалось, в любом случае у меня не было выбора.
Мужчина и старшая женщина заговорили вместе, прежде чем старейшина обратилась к окружавшему ее племени. Некоторые покачали головами в знак несогласия, но другие, казалось, поддержали ее слова. Несмотря на разногласия, женщина, похоже, приняла решение.
— Солнце, — просто сказала она.
Переводчик расправил плечи.
— Ты будешь носить знак нашего солнца, чтобы заглушить в себе темную силу. Он будет поддерживать тебя до тех пор, пока ты будешь стремиться к свету. Но если ты выберешь тьму… если поддашься буре, бушующей в твоем сердце… оно утихнет и отдаст тебя на растерзание.
— Ты даешь мне выбор?
— Нет, ты даёшь выбор себе. Выбрать тьму или свет. Ты уже испытываешь искушение, иначе не стал бы просить. Ты готов сделать все, что угодно, чтобы найти то, что ищешь. И ты позволил этому поглотить тебя и определить тебя. Позволь солнечному свету направлять тебя. Я не дам тебе ожесточить свое сердце по отношению к реальности тех, кто тебя окружает, и не дам причинить вред другим в погоне за свободой от собственной боли.
Ее слова пронзили что-то во мне. Больше не было места для сомнений. Я должен был найти источник. Воссоединиться с Катриной. И мой единственный путь туда сейчас лежал через выполнение требований этих людей.
— Я возьму твой символ. Я не хочу причинять вам вред. Я просто хочу вернуться домой. — Я слегка наклонил голову.
Женщина произнесла слово, которое мужчина не потрудился перевести. В тот же миг один мужчина и одна женщина из круга, окружавшего нас, бросились вперед и схватили Клару, каждый из них удерживал ее за руки, в то время как Клара от удивления выкрикивала непристойности. Я вздрогнул, но не осмелился выхватить оружие. Я знал, что лучше не бросаться в драку, защищаясь. Они не причинили ей вреда, и я знал, что с ней все будет в порядке. Я не мог рисковать потерять то преимущество, которое стремился завоевать у островитян.
Что-то острое вонзилось мне в спину. Я предположил, что это был наконечник ножа или копья. Мужчина, стоявший передо мной, не сводил с меня суровых глаз.
— Убери все свое оружие, — приказал он. — Старейшина хочет сначала поговорить с тобой наедине.
Я подчинился, вынув мечи из ножен и положив пистолет к его ногам. Я не мог объяснить, что почувствовал, но почему-то всем сердцем верил, что выйду из этого живым. Возможно, это было наваждение или опьянение, но мой страх улегся.
Мужчина, стоявший передо мной, и член племени, стоявший у меня за спиной, заставили меня прорваться в окружавший нас круг и повели по проторенной дорожке за пожилой женщиной. Получив мое согласие, пожилая женщина отвела меня в место, где лес становился гуще, а звук журчащей воды — отчетливее.
Когда мы отошли достаточно далеко, старуха повернулась ко мне лицом. Я заметил, что она привела меня к ручью, который змеился по плодородной почве этого острова, и его журчание было похоже на нежный звон тарелок среди ночной песни насекомых. Когда женщина нарушила тишину своей речью, я поднял глаза, прислушиваясь и заинтригованный тем, зачем она привела меня сюда.
