Серена помолчала минуту, которая показалась часами, накручивая прядь своих волос на палец, будто размышляя над вопросом Катрины.
— Прости, но у меня нет сил, чтобы сделать то, о чем ты просишь.
— Тогда пойдем с нами, — сказал я. — Пойдем с нами, и мы продолжим искать способ. И мы, наконец, сможем быть вместе.
— Дело не в том, что я не хочу, — сказала она, — но… это небезопасно для нас обоих, — она посмотрела на меня, все еще держа меня за руку.
— Что ты имеешь в виду? Нет, я клянусь тебе, что освобожу тебя, Серена. А если я не смогу, то останусь с тобой навсегда.
— Беллами, нет. — Она покачала головой, но я с неожиданной смелостью взял ее лицо в ладони. — Нет, нет! Я не хочу, чтобы тебе было больно. Пожалуйста, не надо.
— Да. В любом случае, мы будем вместе, — выдохнул я, прижимаясь своим лбом к ее.
Она начала спорить, но затем остановилась, глубоко вздохнув и пожав плечами.
— Я бы никогда не позволила тебе остаться в этой бездонной яме, Беллами. Я была в безопасности здесь много лет. И я буду в безопасности с Калой. Продолжай жить своей жизнью. Я не могу позволить тебе сделать это.
— Моя жизнь — с тобой. И если ты не позволишь мне остаться, тогда тебе придется пойти с нами, — я нежно поцеловал ее в губы. — Потому что мы тебя здесь тоже не оставим.
Глаза Серены наполнились слезами, когда она снова и снова качала головой.
— Нет… нет. Это неправильно. Как получилось, что ты спустился сюда с такой смелостью, чтобы приказывать богине?
— Потому что, я думаю, мы заслужили эту привилегию после того, как твой питомец попытался нас убить. — Я подмигнул, когда кракен зашипел позади меня.
— Беллами, пожалуйста. Не забирай корону. Не давай Бастиану шанса снова причинить тебе боль. Пусть будет достаточно знать, что я жива.
Я напрягся от ее слов. Как она могла просить меня об этом? Мы не смогли помочь Катрине, а теперь она не позволяла мне помочь ей?
— Нет, этого недостаточно. Я возвращаюсь, хочешь ты этого или нет. Если ты думаешь, что я не собираюсь вытаскивать тебя из этой ямы, то ты не в своем уме. Однажды я подвел тебя и больше так не поступлю.
— Я хотела бы остановить тебя, — умоляла она прерывающимся голосом. — Но знаю, какой ты упрямый. Поэтому я пойду с тобой. Потому что я не могу оставаться здесь, зная, что ты собираешься встретиться с Бастианом в одиночку.
Я должен был быть рад это слышать. Я должен был почувствовать облегчение. Но выражение горя на ее лице заставило меня почувствовать обратное. Мы оба хотели защитить друг друга. Но, похоже, она не понимала, что это был наш шанс наконец-то быть вместе. Может быть, именно так мы должны были исправить ошибки Бастиана. Но мы не могли этого сделать, пока она была обречена прятаться в этой пещере в океане.
Серена вздохнула, на мгновение погрузившись в свои мысли, а затем внезапно обратилась к Катрине, которая оживилась от ее слов.
— А что касается тебя, маленькая сирена, то, кажется, у меня только что появилась идея, как помочь твоему любимому человеку.
Прежде чем кто-либо из нас успел ответить, она дернула подбородком, и нас унесло вверх быстрым потоком, который закружился вокруг нас, как легкий циклон, и унес нас туда, где небо встречается с морем. И я все еще не был уверен, что все это было на самом деле.
28. Встретимся в Вечности
Катрина
— Наша лодка разбита, — заметила я, когда мы всплыли на поверхность и увидели пустынный океан вокруг. Я изо всех сил старалась скрыть беспокойство, эгоистично размышляя о том, как, черт возьми, мы сможем добраться до Майло вовремя. Приятное облегчение от того, что Беллами не утонул, все еще было свежим и обнадеживающим, но, хотя я была рада видеть, что он воссоединился с Сереной, меня все еще мучило отсутствие прогресса в возвращении Майло до истечения времени. И теперь у нас не было возможности путешествовать. Но я попыталась успокоиться, сделав глубокий вдох и напомнив себе не терять головы. Может быть, еще была надежда.
— Какой бы ни была твоя идея, пожалуйста, скажи мне, что у тебя есть способ вытащить нас отсюда, — сказала я с легкой горечью в голосе, которую изо всех сил старалась скрыть. — И вообще, каков твой план?
— Маленькая сирена… Катрина, не так ли? — Когда она произнесла мое имя, я почувствовала внезапную робость, будто не должна была осмеливаться говорить с ней так непринужденно. На мгновение я почти разозлилась на нее, задаваясь вопросом, почему, если она действительно была той, кто создал сирен, почему она лишила нас души? Почему она превратила само наше существование в противоречивую битву между собой и сиреной? Но потом я вспомнила, что не все сирены наполовину люди. Как бы то ни было, я не могла тратить время на размышления об этом прямо сейчас. Я должна была услышать ее план, пока мы качались на волнах, отдавшись на милость моря.
