Они появились на свет 1 января 1990 года в одной и той же больнице Лондона, но Квинн родился на несколько минут раньше, был назван первым ребенком года и получил имя, которое мать Минни хотела дать своей дочери. Вот потому Минни Купер ненавидит свой день рождения и Квинна Хэмилтона, который, как она считает, украл ее имя, а вместе с ним и удачу. Впервые они неожиданно встретились через тридцать лет на новогодней вечеринке. И хотя Квинн и Минни обитают в разных мирах, судьба постоянно сводит их вместе. И каждый раз, расставаясь, они мечтают о новой встрече…«Через год в это же время» – трогательная и радостная история любви, рассказ о том, что порой судьба закручивает невероятные виражи на пути к счастью.Впервые на русском языке!
Найт джем» был набит битком. Пульсировала грохочущая музыка, стены казались липкими от пота, алкоголя и кое-чего похуже. Минни крепко держалась за руку Грега, когда они пробивались сквозь толпу.
– Нам ни за что не добраться до бара! – крикнул ей Грег.
– Что? – закричала в ответ Минни, оглушенная тяжелым басом.
– Нам не добыть выпивки до полуночи! Я даже не представляю, где тут компания Люси!
Грег показал вверх, давая понять, что они должны попробовать добраться до террасы в бельэтаже. Минни посмотрела на свои часы: до полуночи оставалось десять минут. До сих пор весь вечер лишь усиливал ее ненависть к кануну Нового года. Почему она не осталась дома и не легла спать пораньше? Потом она вспомнила, что у нее отключено отопление и ей просто пришлось выйти, чтобы согреться. А Грег был полон решимости отправиться на вечеринку своих друзей по работе; и она, пожалуй, сочла бы себя плохой подругой, если бы заставила его пойти туда одного.
Минни позволила протащить себя через толпу дергающихся тел. Наконец они вырвались из толкучки, вышли на ночную прохладу, где грохочущая музыка уже звучала с более или менее приемлемыми децибелами.
– Осторожнее! – воскликнул Грег, отталкивая какого-то пьяного парня.
При этом Грег посмотрел на него так, словно пытался взглядом объяснить, что лучше бы тот проливал пиво на кого-нибудь другого, однако парень был слишком пьян, чтобы обратить на это внимание.
– Я тебя предупреждала, что не стоит встречать Новый год со мной, – сказала Минни.
– Может, прекратишь ныть? – ответил Грег, качая головой.
– Честно, я не шучу. Со мной на Новый год вечно что-нибудь случается. Я бы не удивилась, если бы все это здание загорелось еще задолго до утра. Или, может быть, какой-нибудь совсем маленький астероид упал бы прямо туда, где я стою.
– Не думаю, что ночь будет дурной из-за твоего дурацкого проклятия. Мне кажется, вечер уже так себе из-за того, что ты затащила нас на обед в этот жуткий дом Алана на другом конце Галактики. А теперь мы являемся на вечеринку за две секунды до полуночи, когда все уже на другой стороне Луны, и… Эй, это не приказ на взлет? – Грег поднес к уху палец и остановился, делая вид, что прислушивается к сообщению. – Черт, центр управления говорит, что мы вообще не на ту вечеринку попали.
– Дают разрешение на отмену миссии? – с надеждой спросила Минни.
– Отклонено.
Минни и Грег встречались уже пять месяцев. Они познакомились на марше протеста у Сити-холла. Демонстранты заявляли о нехватке доступного жилья в Лондоне. Грег был журналистом, освещавшим событие, а Минни пришла поддержать миссис Мелвин, леди, которой она доставляла продукты с тех пор, как начала свое дело. Минни и ее подруга Лейла нарисовали плакат с надписью «КРЫША НАД ГОЛОВОЙ – ПРАВО ЧЕЛОВЕКА», но перестарались с краской для первой буквы, так что она больше походила на «М» и слилась со второй, и в результате вышло нечто вроде «мыша». Во время демонстрации Минни, Лейла и миссис Мелвин оказались рядом с группой людей, нарядившихся котами с моноклями и в цилиндрах. На одном была футболка с надписью «СКАЖЕМ НЕТ ТОЛСТЫМ КОТАМ!». Грег очутился рядом, чтобы сфотографировать плакат Минни с котами на заднем плане. И, делая снимок, он со смехом качал головой.
– Эй, ты чего смеешься? – сердито крикнула ему Минни.
– Может, коты толстые, потому что мышей слишком много? – ответил Грег, показывая на их плакат.
Лейла глянула на надпись и тоже засмеялась. Минни сделала большие глаза.
– Здесь не о мышах речь, – возразила она, подбочениваясь.
– Но похоже на то, Минни, – сказала Лейла.
– Минни Мышка, этот снимок будет на первой странице! – хитро усмехнулся Грег.
– Даже и не думай! – возмутилась Минни, с трудом сдерживая смех.
Она погналась за Грегом, пытаясь стукнуть его плакатом. Минни нравились люди, которым удавалось ее рассмешить. Ее мгновенно привлекли саркастические манеры Грега и его худое лицо. Он носил аккуратно подстриженную каштановую бородку и очки в темной оправе. Когда они начали встречаться, Минни узнала, что Грег не только ради работы любил придумывать заголовки. Он сочинял их для всего, что она делала. Когда Минни спотыкалась, он тут же мог сказать: «Красавица спотыкается на ступеньках – ступенькам необходим юридический совет. Есть шанс, что их понизят!» Или, когда она брала последний банан из его вазы с фруктами, он гнусавил на американский манер: «Убийство фруктовой вазы остается нераскрытым… Виновны ли бананы? Или лайм? Или это просто дело кислого винограда?»
Грег обожал играть словами. Но этим вечером он не шутил.
– Знаешь, подожди-ка здесь, – со вздохом произнес он, окидывая взглядом террасу. – Пройдусь, попробую их найти.
