Наверху же – на «балконе» ЦУПа – места для… Начав писать это, я вспомнил, как на космодроме комнату в бункере рядом с пультовой называли, в зависимости от своего отношения к деятельности находящихся в ней лиц, либо «комнатой Госкомиссии», либо «гостевой»… Но если говорить всерьез, то конечно же люди, собравшиеся на втором этаже ЦУПа, имеют к происходящему если и не конкретно оперативное, то, во всяком случае, прямое и очень не малое отношение! Им сейчас, в данный момент, действительно не нужно нажимать кнопки, давать команды, принимать решения, потому что свою часть дела (весьма весомую часть!) они делали – и продолжают делать – в течение многих лет. Свои кнопки они уже нажали. Они – как генералы, стоящие на наблюдательном пункте и следящие за ходом сражения, не вмешиваясь в рукопашную схватку. Главные конструкторы, ученые, методисты, космонавты – вот кого мы видим сегодня здесь.
А впереди, усиливая сходство со зрительным залом широкоэкранного кинотеатра, на полупрозрачном экране – огромная, во всю стену, карта мира. На ней – белая синусоида текущего витка, по которой медленно (что для мировых масштабов восемь километров в секунду!) ползет яркая белая точка – космический корабль. В точках перехода корабля через терминаторы – линии, разделяющие освещенную солнцем и не освещенную половины земного шара, – траектория движения «Союза» пересечена короткими черточками и идущими от них стрелками с надписью «Тень».
Да, это не школьная карта с нанесенной карандашом линией пути «Востока», лежавшая на столе в «телефонной» комнате космодрома двенадцатого апреля 1961 года! А ползущая по экрану белая точка – не ученическая резинка, которую тогда передвигали по этой карте!..
По бокам главного экрана – два экрана поменьше. На них высвечивается самая разная текущая информация: и о том, какие системы и в какое время должны отработать на предстоящем очередном витке, и что делается в данный момент на корабле, и какие сообщения поступили с разбросанных по всему земному шару – на суше и на море – измерительных пунктов (НИПов)…
Тут же мигают цифрами убегающих секунд электрические часы.
Перед стартом корабля такие же часы показывают оставшееся до взлета время. Когда вылетал «Союз-19» для совместной работы с «Аполлоном», все телезрители могли видеть эти часы: под светящейся надписью «До старта осталось» сменялись светящиеся же цифры – 0.15.47 (это означало: ноль часов пятнадцать минут сорок семь секунд), 0.15.46, 0.15.45…
Увидев это, я страшно обрадовался: вот он, знаменитый «обратный счет»! Наконец-то удалось его узреть, так сказать, в натуральном виде! А то в литературе, театре, кинематографе, в любом произведении, мало-мальски касающемся модной ракетно-космической темы, шагу не ступишь без этих драматически звучащих: «Семь… Шесть… Пять… Четыре… Три… Два… Один… Ст-а-арт!!!» А на настоящих пусках что-то ни разу я его не слышал. Там другие команды («Ключ на старт… Протяжка-один… Продувка… Ключ на дренаж… Протяжка-два… Наддув… Пуск!»). И вот вам, пожалуйста: хоть и не совсем так, как в кино, не голосом, а на электрочасах, но все-таки он, «обратный счет». Вот и попробуй после того отрицать влияние литературы и искусства на жизнь.
…Но вернемся от дня старта «Союза-19» снова на полгода назад, ко дню посадки «Союза-17».
Приближается время очередного сеанса связи. Народ из находящегося рядом фойе, из буфета тянется обратно, в большой зал ЦУПа. Посматривают на часы. И вот из громкоговорящей установки доносятся живые голоса космонавтов! Мы слышим их – через ретрансляторы, через спутники связи (тоже новое: «Космос работает на космос»!) – в то самое мгновение, когда они говорят. Здорово это все-таки!
Корабль начинает последний, предпосадочный виток. В тех точках синусоиды, где должна будет включиться тормозная двигательная установка – это, между прочим, в Южной Атлантике, нельзя сказать, чтобы очень близко от нас! – и где должно будет произойти разделение спускаемого аппарата с орбитальным и приборно-агрегатным отсеками «Союза», появляются оранжевые метки. После того как белая точка, изображающая корабль, подползает к первой из них, эта метка превращается из оранжевой в зеленую и начинает мигать – до тех пор, пока ТДУ не отработает… И опять вспоминаются космические полеты начала шестидесятых годов с долгим трепетным ожиданием сообщений с кораблей: отработала ТДУ или не отработала?!
«Союз-17» пошел на снижение.
