Собравшись с силами, я всё-таки подошла к двери и нажала на кнопку дверного звонка. Подождав несколько секунд, позвонила в дверь ещё раз.
Мне хотелось бы, чтобы сейчас всё случилось как в красивых фильмах: я вернулась, а мать меня действительно ждала. Она всё переосмыслила, бросила пить и сегодня просто задержалась на работе, поэтому не успела меня встретить. А сейчас так долго не открывает, потому что была занята ужином, все её руки измазаны кремом, ведь она готовит мой любимый торт. Но, к сожалению, эта красивая история не про меня.
Дверь открылась, и я впервые за долгие семь лет увидела свою мать. Она родила меня в двадцать лет, значит, сейчас ей не должно быть и сорока, но выглядела она на все пятьдесят. Синяки под глазами, немытые несколько дней волосы. Надеты на ней были какие-то скорее лохмотья, чем одежда. И конечно же, от неё за версту разило алкоголем.
– Маргарет? – хриплым голосом произнесла она. – Ты же должна была приехать в выходные.
– Сегодня как раз последний день выходных, именно сегодня я и должна была приехать. Я тебе звонила, но ты не брала трубку. Я написала СМС, видимо, ты его тоже не видела.
– Ну да что уж теперь.
– Действительно.
– Проходи, располагайся.
Обстановка внутри дома была похожа на то, что кто-то надругался над твоими детскими воспоминаниями. Всё, как в детстве, только в блеклом цвете и покрытое слоем пыли.
– Моя комната, как и раньше, наверху? – задала я вопрос.
– Да, – мать ответила так, будто я не спустя семь лет приехала, а ходила в магазин за хлебом и вот вернулась. У неё не было ни вопросов, ни, в принципе, особого желания со мной разговаривать.
Я взяла чемодан, затащила его по лестнице на второй этаж и открыла дверь в свою комнату. Здесь всё было так же, как и в день моего отъезда, буквально и без преувеличения. Незастеленная кровать, открытые дверцы шкафов, внутри валяются вещи, которые мы с папой решили не брать тогда, и даже открытая раскраска на столе. При других обстоятельствах любого окутало бы приятное чувство ностальгии по детству или умиление, мол, мама сохранила здесь всё как в тот день, когда я уехал. Она меня так любит и так скучала по мне. Но это снова не моя история. Она просто даже и не заметила, что меня нет. Сомневаюсь, что с тех пор она вообще хоть раз сюда заходила. Надеюсь, этот год пролетит быстро, я поступлю в колледж в Хинфилде и всё вернётся на круги своя.
Я открыла окно, чтобы хоть как-то проветрить комнату, смахнула со стола пыль и стала разглядывать свою старую раскраску.
– Да, чтобы понять, что у ребёнка не всё хорошо, здесь и психолог не нужен.
Пролистав, я положила её на край стола. Обычно дети видят жизнь яркой и красочной, ведь у них нет особо никаких забот. Поэтому и рисунки или раскраски получаются красочными. Все эти домики яркого цвета, которых в жизни не бывает, фиолетовые зайчики, единороги с гривой в цвет радуги. Мои же детские рисунки были серыми и мрачными.
Я переоделась в домашнюю одежду, сходила умыться, ванная комната в этом доме была отдельным женским ужасом, заплела волосы в хвост, достала телефон и по видеосвязи набрала Элисон.
С Эли мы сдружились буквально с самого первого дня, как я переехала в Хинфилд. Как сейчас помню, в первый учебный день она, будучи тогда ещё совсем маленькой, подошла ко мне и сказала:
– Привет, я Элисон, я здесь самая красивая! Пойдём сядем вместе и будем дружить.
И, как это говорится, устами ребёнка глаголет истина, мы действительно сели вместе и стали лучшими подругами. Правдой оказалось и то, что Эли была самой красивой в школе, за ней буквально бегали все парни, а как она сама говорила, даже некоторые преподаватели заглядывались, чему я охотно верю.
После нескольких гудков Элисон ответила.
– Привет, Эли, – с улыбкой сказала я.
– Кто это мне звонит, моя любимая Марго. Ну рассказывай, как ты там? Как добралась? Я сама тебе не стала звонить, думаю, наберёшь. Как там встреча с матерью?
– Ой, даже не спрашивай, всё, как я и предполагала.
– Совсем плохо?
– Мы даже толком не поговорили, так, скорее поздоровались, и всё.
– А у меня для тебя ещё новости есть.
– Какие? Хоть что-то приятное, может быть?
– Если бы…
– Ну что там, говори…
– Мы сегодня были в ресторане нашем любимом…
– И?
– Видели там эту суку Стейси. Она там с тем парнем любезничала.
– С каким?
– Ну, помнишь, тот, что жил в соседней высотке.
– Нет.
– Да вспомни, мы его ещё с тобой обсуждали. Лет двадцать ему, с длинными, покрашенными в пепельный цвет волосами.
– А… Всё, вспомнила. И что?
– Так вот, Стейси с ним сидела, явно у них там не деловая встреча была.
– Ты думаешь?
– Я знаю. Так мило улыбаются парню только в одном случае… Да ещё и платье с таким вырезом надевают.
Эли, видимо, поняла, что после этих слов я совсем поникла, поэтому быстро решила сменить тему.
– Марго, ты сильно не загоняйся. Я, конечно, понимаю, что в такой ситуации это довольно сложно, но потерпеть нужно совсем чуть-чуть. Ты через год поступишь в колледж, я тебе, чем смогу, помогу.
– Ты-то поможешь, да, – усмехнулась я.
