— Вот иди и смотри фасон, журнал так и лежит здесь. — Жанна швырнула сумку на пол и взяла в руки журнал.
— Можно посмотрю я? — Вашко взял журнал и энергично встряхнул над скатертью: из него одна за другой вывалились несколько фотографий.
— Ой! — вскрикнула Жанна, а Сергей присвистнул. Из кухни вышел Кирилов и замер у дверей, обронив лишь одно слово: «Они!»
— Они! — следом за ним повторил Вашко, собирая фотографии в стопочку. — Ровно семь, как в аптеке. Вот это фасон, так фасон! Откуда бы им здесь взяться, Жанночка, а?
— Честное слово, я не имела о них ни малейшего представления. Екатерина разрешила взять этот журнал на дорогу, но почитать мне его так и не удалось — вот он и провалялся в сумке… А что это за снимки? Мне кажется, что вы искали именно их…
— В том-то и дело, что я их сам вижу впервые, — Вашко разложил снимки веером и ему страшно захотелось закурить. Он машинально извлек из пачки сигарету, потом словно очнувшись, посмотрел на Жанну и убрал ее в карман. — Кажется, кое-кого я на них узнаю…
— Пикник какой-то, — удивился Кирилов, держа в руках один из снимков. — На фоне природы… Шашлыки, а бутылок-то сколько…
— Где? — пробормотал Орловский, придвинувшись к столу и бережно взяв фотографию за уголок.
— Да вон, под елкой лежат…
— Вот это, как будто, ваш любимый Анарин, — Вашко ткнул ногтем в стройного мужчину с гитарой в руках. — Это заместитель московского министра Торшин. Видите, на нем еще импозантная дамочка повисла?
— Ну и сволочь этот референт! — узнал знакомое лицо Кирилов. — Она висит на шее у этого, а он ее за гузку поддерживает, чтобы шефу облегчение вышло…
— Откуда эти женщины? — накручивала на палец локон Жанна. — Местные или с собой привезли?
— Вот это Галина! — Кирилов карандашом отметил гостиничную знакомую. — Бойкая девочка, а здесь не на первых ролях — посчитала, что ей у стола должно сидеть.
— Что же заставило сбиться их одновременно в стаю? Неужели твой приезд? — Жанна посмотрела на Орловского.
— Это не его заслуга! — ответил Вашко.
— А чья? — спросил Кирилов.
Вашко собрал фотографии и разложил их в ряд:
— Джинян и Евсеев года полтора назад обратились с письмом в Президиум Верховного Совета с жалобой, оттуда ее переадресовали в наше министерство, и по сигналу в Аршальск выезжала бригада, возглавляемая Торшиным. Похоже, что это и есть апогей проверки.
— Так вот чего они боялись, — пробормотал Орловский.
— Выходит, что так…
— Не могу понять этих людей, — грустно произнес журналист. — Их не испугала ни статья, ни документы, а вот эти семь фотографий с пьянкой…
— Есть, чего бояться, — возразил Кирилов. — Его отправили навести порядок, а он пропил и честь, и совесть… Вот и браконьерство не подтвердилось, и рыбные делишки, что Олонцов выявил — тоже. И этот, очкастый, явно чего испугался — он не генерал, его далеко зашлют служить.
Вашко встал из-за стола и подошел к телефону. Набрав номер, долго стоял с прижатой к уху трубкой, продолжая рассматривать снимки.
— Алло, Леон, это я! Все в порядке — снимки у меня…
— Как журналист? Вернулся?
— Хочешь с ним поговорить? Сейчас… — он сделал знак Орловскому. — Поговори, сынок! Его зовут Леонид Алексеевич! Ты, может, и не знаешь его, но он тебя как родного…
Орловский неопределенно пожал плечами и взял трубку.
— Сергей Николаевич? — отозвалась трубка пожилым голосом с глухими приятными интонациями. — Моя фамилия Киселев. Я имею некоторое отношение к тем проблемам, которыми пришлось заниматься и вам. Если не возражаете, хотел бы с вами встретиться.
— Когда?
— Сколько сейчас времени? Половина одиннадцатого? Подъезжайте к Политехническому музею — я выйду и поговорим. У вас есть на чем добраться?
— На моей машине поедешь, — шепнул ему в ухо Вашко.
— Есть…
— Вот и хорошо. От вашего дома добираться минут двадцать — как раз к этому времени я и выйду… — Орловский положил трубку на рычаг и обвел взглядом присутствующих.
— Кто это? — не понял Кирилов.
— Не знаю… Встречу назначил в двух шагах от площади Дзержинского, может, он из… — высказать свое предположение вслух Сергей не решился.
— Я знал сынок, что ты достаточно смышлен. — Вашко достал сигарету и сунул ее в зубы. — Забирай все фотографии и эти, и те, что нашли утром… Можешь, кстати, прихватить Прикумскую статью. Покажешь ее Киселеву — может, чего присоветует.
В назначенное время Орловский и Вашко подъехали к скверу перед музеем. Ветер мел по асфальту мимо опустевших лавочек шуршащие сухие листья. Город в этот час словно вымер — так было тихо и пустынно.
Навстречу Орловскому шел высокий, спортивного вида мужчина. Подойдя, он крепко пожал руки Вашко и Орловскому. Присели на скамейку в скверике. Киселев медленно, одну за другой перебрал фотографии, потом внимательно изучил фотокопии документов, бегло просмотрел статьи.
— Ну, что ж, примерно так я и думал… Конечно, вы не знали, в какое дело влезаете, отправляясь в Аршальск. Да и откуда. Ведь сперва вся эта история выглядела вполне рядовым делом. Не так ли?
— Так…
