В Требишов наш батальон вошел незадолго до нового года. Военный комендант города сообщил, когда мы разместились, что к нему обратились руководители Требишова с просьбой встретить Новый год с представителями частей Красной Армии, освободивших город.
Встреча Нового года проходила в самом большом здании. В просторном зале стояли столы, накрытые белыми скатертями. В центре была установлена украшенная игрушками елка. С потолка падал яркий свет электрических ламп. Звучала музыка. Стрелка часов приблизилась к полуночи. Секретарь райкома КПЧ - женщина пригласила всех занять места. Музыка стихла. Из приемника донесся голос родной Москвы. Ударили куранты, зазвучал гимн нашей Родины. Выступал М. И. Калинин. А потом слово взяла секретарь райкома КПЧ и председатель городского самоуправления - тоже женщина. Они произнесли здравицу в честь нашего Советского правительства, Коммунистической партии и советского народа, горячо поблагодарили представителей Красной Армии за освобождение от фашистских захватчиков.
Тогда я не спросил имен этих женщин, которые, как мне сказали, отважно сражались с гитлеровскими захватчиками в партизанских отрядах. Но вот спустя много лет мне пришло письмо из Чехословакии. Его написал председатель городского национального комитета в Требишове Ян Хованец: "Мы прочитали в Вашей книге о встрече Нового 1945 года в нашем городе и о том, что Вы не помните имена женщин, принимавших участие в торжествах. Одной из них была Роза Зарембова, которая, к сожалению, умерла три года тому назад, а второй - Йолана Сачекова, вышедшая замуж вскоре за командира Ковальчука и с ним выехавшая в Советский Союз. Теперь бы Вы с трудом узнали наш город. За годы, истекшие со дня освобождения, он сильно изменился. Он меняется и сейчас благодаря большому строительству, которое мы осуществляем. Мы были бы рады, если бы Вы приехали к нам в Требишов".
А тогда мы разошлись уже на рассвете. Было тихое утро. Первый день января 1945 года - последнего года ожесточенной войны. В 6 часов заговорили наши орудия. Войска 18-й армии продолжали наступать в направлении города Кошице.
В первых числах января от командира полка по рации был получен приказ: "По решению Военного совета фронта вашему батальону в город Кошице приказано войти с передовыми частями армии и обеспечить надлежащий порядок. Свяжитесь с представителем штаба фронта полковником Вироном. До особого распоряжения поступаете в его подчинение".
Начало января 1945 года в Словакии было слякотным. Зато в горах мороз доходил до 25 градусов. На пути к Кошице нам предстояло преодолеть горный хребет Хедьял. Единственная дорога, по которой могли свободно продвигаться все рода войск, проходила по берегу реки Горнад. Сойти с нее было нельзя. Противник очень плотно минировал всю пойму реки. По дороге же соорудил множество завалов. Дорога все время находилась под обстрелом вражеской дальнобойной артиллерии.
Все же, следуя прямо за боевыми порядками наступающих войск, мы удачно проделали большую часть пути. Лишь на подступах к Кошице произошла заминка. Оказался взорванным мост. Стрелка указателя показывала обход вправо. Мы перешли реку вброд, с большим трудом перетянув через нее свои повозки и автомашины. Берега реки были буквально размяты гусеницами танков и превратились в глинистую жижу. Такой же была объездная дорога - сплошное земляное месиво, проложенное по целине вдоль реки. Только к вечеру мы выбрались на каменистое мелководье, снова перешли реку и оказались на шоссе.
Оно поднималось в гору. Это и был хребет Хедьял. Вначале подъем казался почти неощутимым. Потом идти стало тяжелей. Натруженно скрипели повозки. С надрывом гудели моторы машин. Стало холодно. Дорога покрылась льдом. Машины начали буксовать. Казалось, что совсем немного остается до перевала, а его все не было.
Вдруг головная автомашина, на которой была установлена радиостанция, остановилась, хотя мотор ее работал на полную мощь, а затем медленно поползла назад. За ней поползла и другая. Люди сошли с дороги. С трепетом наблюдали мы, как наши водители проявляли выдержку и хладнокровие, находясь буквально на грани катастрофы. Каким-то чудом водители Новик и Антонов вырулили на площадку, выдолбленную в горе. Наткнувшись на кучи щебня и песка, машины остановились. Мы облегченно вздохнули.
Из кабин выскочили командир взвода связи батальона лейтенант Буринов и капитан Чуханов.
- Ну, я думал, нам крышка, - сознался Чуханов. - Смотрел, как Антонов крутил баранку, и не верил, что все обойдется. Мотор работает, скорость включена, а машина скользит, как сани.
Надо было что-то предпринимать. Чуханов предложил оставить машины, идти пешком, а с рассветом водители попробуют одолеть подъем. Но это нас не устраивало. Машины могли понадобиться в любую минуту. Да и лед под утро на дороге не стает, разве только будет его еще больше. Кто-то осветил фонариком кучи песка. А что, если дорогу посыпать песком? Пройдут, наверно, машины.
