Глядя на удалявшегося вместе с кавалеристами старшину Вершинина, я вспомнил день, когда он впервые прибыл на заставу. Было это в ноябре 1940 года. В канцелярию ввалился пограничник, с лихой кавалерийской выправкой. Не скрою, первая встреча с Вершининым огорчила меня. Всем своим видом новый старшина хотел подчеркнуть, что он человек независимый. Далекая от уставной барашковая шапка-кубанка, с зеленым верхом и с двумя перекрещивающимися белыми лентами, покоилась на его голове. Длинная до пят шинель во многих местах была окантована зеленым сукном. От множества пуговиц, начищенных до невероятного блеска, рябило в глазах. Гусар, да и только. Словно не замечая его пестрого наряда, я сказал:
- Коль вас прислали на заставу, то до вечера располагайте собой, знакомьтесь с людьми, а потом обо всем потолкуем.
На боевом расчете я представил личному составу нового старшину и приказал временно исполнявшему его обязанности сержанту сдать Вершинину хозяйство заставы. Вершинин доложил о принятии всех дел, и мы поговорили с ним по душам. Оказалось, что он из села Воротынец Горьковской области, родился в 1918 году. В селе оставались мать и отец. В погранвойсках служит третий год.
- Знайте, товарищ старшина, - заметил я тоном, не допускавшим возражений, - вы мой заместитель по хозяйству и помощник по обучению и воспитанию пограничников. Вам придется подчас оставаться на заставе за старшего и самостоятельно решать разные вопросы. А кому много дано, с того много и спрашивается. Давайте нашу совместную работу начнем с того, что вы припрячете свою кубанку до увольнения в запас. Наденьте положенный головной убор, приведите шинель в порядок. Утром мы снова встретимся, будем знакомиться с участком границы.
Поначалу у нас случались кое-какие недоразумения. Однако уже вскоре Михаил Вершинин стал настоящим хозяйственником и моим помощником. Исключительно храбро действовал он в первые дни войны. И вот судьбе было угодно в местечке Сквира разлучить нас. В 1942 году, уже будучи командиром взвода, Михаил Вершинин пал геройской смертью при наступлении на Обоянь.
Вечером заставы и подразделения отряда построили и нам объявили, что по решению командования фронтом мы направляемся на охрану тыла 26-й армии. Выступил комиссар Авдюхин.
- Хотя на полях сражений много фашистских захватчиков нашли себе могилу, сказал он, - враг пока силен. Он продолжает лезть, бросая в бой все новые и новые силы. Везде идут тяжелые и напряженные бои. На нас командование возлагает ответственную задачу: навести порядок во фронтовом тылу. Противник использует любую возможность, чтобы причинить нам урон. Он засылает шпионов, провокаторов, которые распространяют ложные слухи, сеют панику, совершают диверсии. Наша задача - выкорчевать эту нечисть.
Тут же объявили, что отряду предоставляется пятидневный отдых. Это сообщение всех обрадовало. Пограничники изрядно измотались за эти дни. С 22 июня по 10 июля 1941 года, ведя большие и малые бои, прикрывая отход частей 13-го стрелкового корпуса, мы прошли от Карпат до Сквиры около семисот километров.
В Сквире находились и пограничники 93-го отряда, охранявшего государственную границу севернее нас. Здесь же сосредоточивались подразделения 6-го и 16-го мотострелковых полков войск НКВД, а также подразделения 92-го погранотряда. Думалось тогда - об этом свидетельствовала и поставленная нам задача, - что на фронте предвидится упрочение нашего положения.
Вспоминает бывший начальник 93-го погранотряда генерал-майор в отставке В. А. Абызов: "Пограничные отряды - 92-й, 93-й, 94-й - после отхода с границы в июле 1941 года вышли на рубеж Житомир - Казатин - Михайловский хутор и были объединены в один сводный заградительный отряд. Из Бровар под Киевом, где находился штаб пограничных войск Украинского округа, я получил радиотелеграмму от полковника Рогатина, в которой сообщалось, что я назначаюсь командиром этого отряда. Мой штаб дислоцировался в Сквире. Сводный отряд по мере сосредоточения выдвигался: на охрану тыла 5-й армии - 92-й погранотряд и 16-й мотострелковый полк НКВД и на охрану тыла 26-й армии - 94-й погранотряд и 6-й мотострелковый полк НКВД. Таким образом, на участке Казатин - Фастов выдвигались для несения заградительной службы вышеуказанные части. 93-й пограничный отряд, которым я продолжал одновременно командовать, оставался в Сквире и составлял резерв командира сводного отряда".
На острие танкового клина
В песчаном карьере недалеко от села Попельня, что на Житомирщине, шел обычный рабочий день. Экскаватор ковш за ковшом набирал песок и загружал им подходившие автомашины. Вдруг верхний слой земли с края карьера пополз. Обнажилась старая траншея. К ногам рабочих упала ржавая граната. Механик Федоренко остановил экскаватор.
