— …и требуете от меня, чтобы я ставил на карту жизнь свою, Нэт и, возможно, любого другого человека на этой планете, в то время как я даже не знаю, почему и для чего я все это должен делать!
Он чувствовал сам, как неуклюже звучали эти слова. Они не говорили того, о чем он хотел сказать.
— Я понимаю вас, Гартман, — спокойно сказал Кайл, вздохнув. — Вероятно, вы правы. Я многое должен был объяснить вам, и капитану Лейрд, и другим. Но времени было так мало, и все происходило настолько быстро… Я обещаю вам, что вы узнаете правду, если… мы живыми выйдем отсюда.
— Нет, — гневно сказал Гартман. — Сейчас же. Или я обещаю вам, Кайл, что Нэт и я пойдем своей дорогой, а вы останетесь лежать здесь.
Кайл посмотрел на него проницательным взглядом — и вдруг очень тихо засмеялся.
— Но куда же вы хотите идти, Гартман? — спросил он.
Гартман ударил так сильно, как только мог. Голова Кайла отлетела назад и ударилась о стену, и Нэт с изумлением посмотрела на них, но ничего не сказала, а только наморщила лоб.
— Довольно, Кайл, — сказал Гартман, учащенно дыша. Рука его болела, так сильно он ударил, и у Кайла из уголка рта текла кровь. Он сомневался, что мега-воин вообще по-настоящему почувствовал этот удар — но это также не играло никакой роли. Важна была цель, которая за этим стояла, и ее Кайл, наверное, понял.
— В этом не было необходимости, Гартман, — сказал Кайл спустя некоторое время.
Гартман гневно сжал кулаки, поднял руку — и с бессильным вздохом снова опустил ее. Вдруг он показался сам себе несказанно глупым и беспомощным.
— Мне очень жаль, — пробормотал он. — Я… потерял самообладание.
— Нет никакой необходимости в том, чтобы меня бить, — сказал Кайл, вытирая кровь с нижней губы тыльной стороной ладони. С секунду смотрел он на красное пятно на своей руке и наморщил лоб, будто даже и не понимая, что это означает.
— Я уже сказал — мне очень жаль! — повторил Гартман, уже снова раздражаясь.
— Нет, Гартман, это неправда, — сказал Кайл. — Вам не жаль. Просто вы боитесь, очень боитесь. Меня.
Снова прошла секунда, в течение которой он лишь тревожно-доверительно смотрел на Гартмана.
— Почему?
— Перестаньте, Кайл, — прошептал Гартман. — Я извинился. Что вы еще хотите?
— Чтобы вы перестали меня бояться, Гартман. — Кайл поднял руку и указал на дверь. — Вы видели это чудовище, и вы боитесь его, как смерть — здесь вы правы. Но я вижу этот страх в вашем взгляде не первый раз. Вы боитесь нас. Джередов. Но вы не должны этого делать. Мы не Шайты.
— О нет, я в этом не уверен! — раздраженно ответил Гартман. Он не хотел говорить этого. Он даже не знал точно, что сказал бы, до того момента, когда произнес эти слова. Но они были в нем, как выражение страха, не отпускавшего его с того самого момента, когда Гартман самый первый раз встретил Кайла и джередов. И вдруг, будто он открыл дверь в свои мысли и не мог сам закрыть ее, из него просто посыпались слова. Возбужденно жестикулируя, Гартман указал в сторону двери: — Вы не выглядите так ужасно, не так ли? Вы не чудовище. О нет! Вы используете человеческую оболочку — или ту, которая на этот раз соответствует вашим планам! Но разве это были не ваши собственные слова, Кайл, что внешность индивида не должна выдавать его действительные намерения и его настоящую суть? Кто мне скажет, что вы представляетесь именно тем, кто вы есть? Кто мне скажет, помогаю ли я вам освободить Землю или помогаю тому, чтобы вы, вместо Шайтов, завоевали ее?
Гартман не знал, какую реакцию ему следовало ожидать — возможно, гнев или благосклонную снисходительность. Но то, что он прочел в глазах Кайла, было исключительно выражением глубокой тоски. Но даже это чувство не могло убедить его в правоте Кайла. Гартман не знал, кто было это существо, о котором он едва ли знал больше того, чем как его зовут.
— Мне очень жаль, Гартман, — сказал Кайл. — Я не знал, что вы так сильно нас боитесь. Если бы я подозревал об этом, то я, может быть… действовал бы по-другому.
— Вы — или то существо, которым вы овладели? — почти с ненавистью выдавил из себя Гартман.
Выражение печали в глазах Кайла стало еще глубже.
— Я понимаю вас, Гартман, — сказал он. — Вы десять лет своей жизни считали нас вашими врагами. Вы вели с нами борьбу. Вы посылали воинов, чтобы нас уничтожить. И вы видели, что эти воины не возвращались, а становились частью нашего общества. Я не могу обижаться на вас за то, что вы нас ненавидите. Даже если бы это было и несправедливо.
— Там что-то происходит, — сказала Нэт. Гартман испуганно посмотрел на нее, но не встал, а снова обратился к Кайлу.
— Кто эти существа? — спросил он. — Я хочу это знать! Теперь же!
— Чтобы это понять, — ответил Кайл, — вы должны были бы понять суть джереда.
— Но это я не смогу сделать, пока сам им не стану, так? — с издевкой спросил Гартман. Кайл кивнул, потом сказал очень серьезно.
— Я попробую вам это объяснить. Я… — Он колебался.
