— Если б не Ватсон, я бы решил, что все это твои выдумки. Но я посмотрел кое-какие его материалы. О связывающих нас отношениях он узнал из газет. Я проверял его, используя свои источники. Он весьма компетентен по части проведения такого рода расследований и сыска. Не слишком крут, но очень умен.
— Тогда, следует полагать, отныне за мной установлен «хвост»?
— Правильно мыслишь, приятель.
— Нью-йоркский департамент тоже участвует?
— Пока что нет.
— А как насчет той дамочки из прокуратуры?
— О, она пока что сидит тихо, как мышка. Хотя скорее похожа на змею.
— О'кей. Ну а ты на чьей стороне, дружище?
Пат хмыкнул. Смех больше походил на кашель.
— Буду следить за твоей работой, Майк. Случай убийства человека, который был никем, из-за миллиардов долларов сам по себе уникален. Возможно, никакой связи тут не существует, а ты только напрасно нарываешься на неприятности. И все может закончиться для тебя крайне скверно.
— Звучит не слишком убедительно.
— Тогда попробуй убедить меня в обратном.
— Горячий сандвич с мясом и холодное пиво помогут? А я, пожалуй; выпью кофейку.
Я прождал Вельду до восьми часов. Когда наконец она появилась, туфли у нее были заляпаны грязью, а на лице блестели мелкие капельки пота. Она даже не поздоровалась. Просто швырнула сумочку в кресло и заявила:
— Мне надо принять душ.
Разве можно задавать вопросы женщине, когда она в таком состоянии? Я указал на ванную комнату, а сам направился к гардеробу — достать махровый купальный халат, который она же мне подарила. Я слышал, как в ванной зашумела вода, потом задернулась шторка душа. И я понял, что попал в очень щекотливое положение, и один черт знает, как теперь прикажешь из него выбираться. Мы находились вдвоем, в квартире, вроде бы помолвленные, но без колец. И она делала все, чтоб заманить меня, как заманивает паук муху в паутину, и чтоб я забыл обо всех этих глупостях типа «никакого секса до свадьбы» и прочее.
Внизу у нас проживал работник химчистки, всегда готовый подзаработать сверхурочно. И вот я снял телефонную трубку и услышал его прокуренный голос. Он сказал, что за час сделает для меня все. И что сейчас пришлет мальчика забрать одежду. Минут за пять я собрал и отдал все шмотки, затем уселся перед телевизором и стал смотреть новости. Девушки, они вообще любят долго принимать ванну. И чем они грязней, тем дольше. Я посмотрел новости, затем минут двадцать — передачу «Открытие», получил вычищенную одежду от мальчика и уселся пить кофе, когда услышал, что вода наконец выключилась. Затем звякнула шторка душа. И я дал Вельде еще пару минут, обтереться полотенцем. Затем подошел, приоткрыл дверь и сунул ей халат. В ответ послышалось: «Черт», дверца захлопнулась изнутри. Я знал, что она собиралась сделать. Она собиралась выйти в чем мать родила, но ловко обернувшись при этом полотенцем, чтоб то могло эффектно упасть на пол, как только наступит нужный момент.
— Умненький мальчик, — пробормотала она, выходя из ванной.
Я указал на ее одежду, аккуратно сложенную на диване. Вельда тут же все поняла.
— Смотри-ка, еще умней, чем я думала, задница ты эдакая, — заметила она. Впрочем, без злобы, с улыбкой. — Но мне еще предстоит одеться.
— Пойду подожду на кухне, пока ты не будешь готова, — ответил я.
— И долго ты собираешься ломать эту комедию?
— До тех пор, пока мы не поженимся. Ты ведь сама все это затеяла. Или забыла?
— Майк, — самым милым голоском заметила она, — мне кажется, нас ждет счастливейшая супружеская жизнь. — Она взяла сумочку и уселась в кресло, элегантно скрестив ноги, что так ловко удается некоторым женщинам. Затем расправила пальчиками воротник махрового халата и облизнула кончиком языка губы.
— Ну, удалось что-нибудь надыбать? — спросил я.
Она улыбнулась в ответ, затем после паузы сказала:
— Пришлось попросить кое-кого об одолжении, и телефонные счета тебе придут огромные, зато я раздобыла довольно любопытную информацию. Имение Понти в Эйдирондексе записано на имя его жены, там все чистенько, все налоги уплачены и прочее. Стоит оно около двухсот тысяч долларов, места там красивые, но земля для обработки не слишком пригодная. Дом стоит на склоне горы, кругом одни камни и сланец, так что особенно не разгуляешься. Сам дом симпатичный, но довольно скромный.
Я окинул ее взглядом и заметил:
— И что ж тут такого особенного?
— Похоже, что Гаррис и Понти были на дружеской ноге. Ну и я стала проверять, кто там обитает по соседству. И выяснилось, что у Гарриса тоже был дом, только на другом склоне горы, примерно милях в пяти от Понти. Так, ничего выдающегося, большой бревенчатый старый дом, построенный еще в 20-е, с навесом у входа и большим амбаром.
— И без сортира во дворе?
— Сортир в доме. Там у него водопровод.
— И кто же проживает в этом домишке?
— Какой-то старик. Похоже, просто присматривает за хозяйством. Дом записан на дочь Гарриса, но сама она живет в деревне.
— Если есть сторож, стало быть, есть что сторожить.
