Глисон не совсем уловил значение этого вопроса. Фаррингтон, должно быть, сам хотел получить эту должность, но, безусловно, если руководство решит взять кого-то из собственного штата, разница в четыре публикации будет иметь решающее значение.
— Ну, — проговорил, наконец, Глисон, — я, наверное, сделаю все, что смогу, чтобы получить эту работу, если вы имеете в виду это.
Фаррингтон злобно улыбнулся, но в то же время побледнел.
— Я так и думал, — произнес он и исчез в своем кабинете, захлопнув за собой дверь.
Глисон пожал плечами и продолжил путь по коридору в аспирантскую гостиную, где обнаружил четырех незнакомых студентов и теплый термос с кофе. Сделав пару глотков, он попытался завязать разговор со студентами, но ни один из них, похоже, не видел никакой пользы от беседы с простым ассистентом. Впрочем, еще больше удручил Глисона запоздалый приход пятого студента. Ведь это был Алек Трокмортон, неуклюжий, взъерошенный аспирант с минимальным интеллектом и сомнительными способностями, чьи попытки восполнить недостаток блистательности нетерпеливым, почти лживым желанием угодить делали его вдвойне ненавистным. Но, поскольку его отец контролировал присуждение грантов через Национальный научный фонд, Трокмортону гарантировали не только ученую степень, но и уютное местечко в качестве лаборанта при наименее престижном сотруднике — Глисоне.
— Как жизнь, профессор? — спросил паренек, хлопнув Глисона по плечу и в результате выплеснув из его чашки большую часть кофе. — Готовы к завтрашнему большому перемету?117
Вздрогнув, Глисон вспомнил, что парень на следующий день должен был помочь ему в критическом и, возможно, опасном исследовании свойств одного из новейших синтетических элементов.
— Все готово, Трокмортон, — вздохнул он. — Надеюсь, в этот раз вы сумеете правильно настроить оборудование.
Трокмортон энергично кивнул.
— Не беспокойтесь, профессор. Иногда я не понимаю, куда идут провода, но сейчас все поправил.
— Красный провод к зеленой катушке, помните?
— О... у... а, да, помню.
Прежде чем парень успел завязать дальнейший нежелательный разговор, Глисон поспешил прочь.
Через какое-то время он вернулся в свой кабинет с полной банкой воды для кофеварки. Хотя, уходя, он закрыл дверь, она была приоткрыта, и Глисон лениво задался мыслью, не упустил ли он какого-нибудь гостя. Залив воду в машину, он добавил немного кофе из банки у себя на столе. Затем включил кофеварку и обошел стопку рефератов, чтобы взять чашку.
Взрыв был не слишком громким, но достаточно мощным, чтобы поднять рефераты в воздух и ударить ими Глисона по пояснице. Он рухнул на другую стопку бумаг, а по стенам яростно загрохотали смертоносные осколки. Во внезапно наступившей тишине Глисон сел и уставился на дымящуюся дыру на том месте, где только что стояла кофеварка.
Дверь распахнулась, и на мгновение в проеме предстало крысиное личико Фаррингтона; выжидающая ухмылка сменилась унынием, когда он заметил, что Глисон смотрит на него. Потом личико исчезло, и Глисон услышал быстрые шаги в коридоре. Через несколько мгновений дверь снова распахнулась, и появился глава факультета, профессор Ханникатт.
— Началось раньше, чем я ожидал, — только и сказал Ханникатт, помогая Глисону подняться. — Бомба в кофеварке, а? Не слишком-то изобретательно.
Глисон молча осмотрел останки прибора. Только тяжелая стопка рефератов спасла его, не дав порезаться летящими осколками металла и стекла. Ханникатт подошел к нему сзади и заглянул через плечо.
— Похоже, что бомба была подсоединена к электронагревателю и сработала, когда катушка в нем стала накаляться. — Ханникатт неодобрительно покачал головой.-Не слишком-то хорошо придумано. Чтобы тепло достигло взрывающегося материала, неизбежно потребуется несколько секунд — достаточно много, чтобы намеченная жертва отошла от бомбы. По-настоящему первоклассный специалист подключил бы бомбу напрямую к электрической цепи.
Глисон подумал, что комментарии руководителя не слишком уместны в ситуации покушения на убийство. Он повернулся и взглянул на босса, высокого седого мужчину с безупречной серой полоской на всех предметах костюма.
— Что... — потребовал Глисон, — здесь происходит?
Ханникатт отечески похлопал Глисона по плечу.
— Все время забываю, что вы здесь новенький, мальчик мой. Не слишком знакомы с мультиверситетскими традициями. — Он отбросил своим начищенным до блеска Оксфордом стопку рефератов. — Зайдем в мой кабинет на пару минут. Думаю, что мы легко исправим эту ситуацию.
Руководитель факультета небрежно махнул рукой скучающему смотрителю, внезапно материализовавшемуся из ниоткуда, и повел Глисона в холл, а оттуда по длинному коридору налево. Глисон заметил, что дверь Фаррингтона плотно закрыта, и изнутри не доносится ни звука.
Ханникатт сел за стол и удобно откинулся, отодвинув в сторону кофеварку на десять чашек.
— Полагаю, без предупреждения и всего такого это стало для вас некоторым шоком. В смысле, без предупреждения от меня. Допускаю, что Фаррингтон все же проверил вас и убедился, что вы хотите участвовать в соревновании, прежде чем заложил бомбу.
