— Можно и так сказать. — Репортер записал это и ушел, прежде чем Фин успел взять свои слова обратно.
Сыщик не расстроился, что потерял аудиторию, потому что он также потерял себя — в теории, которая начала объясняться. Свои следующие слова он адресовал храпящему мистеру Данку.
— А если серьезно, родные мои, эти убийства не просто бессмысленные, это абсурд абсурднейший. Чепуха на постном масле. Они все равно что лимерик Макса Миллера:
В том-то и дело: ни складу ни ладу, как сказал бы Хакель. И со своей нелепой теорией он ближе к истине, чем мне представлялось, просто потому, что она нелепа. Безумна...
Да, можно сказать, что эти убийства — откровенное безумие...
Или вот,
Бикер менял адреса по нескольку раз в месяц, и это его устраивало. Новое пристанище располагалось в районе реконструкции в Килберне, на самом верху полуразрушенного склада. Снаружи все еще висела огромная цветная вывеска с рекламой Почечной Соли Доктора Манна
Стены кабинета Бикера красили много раз, но только не в последнее время. Теперь краска отслаивалась, оставляя замысловатую топографию. Этот гном, юркий мошенник на доверии, редко смотрел на свои стены. Обычно он смотрел в окно (как раз над заглавной «М» в имени доктора), обдумывая новые надежные схемы. Вот и сейчас он смотрел в окно, пока Фин рассказывал о двух смертях в этерическом обществе.
— И это почти все, не считая юных плакальщиц, взявших в осаду дом, в возрасте которых приличествовало бы оплакивать потерянных кукол и умерших черепах. Потом, конечно, газеты все переврали, сообщая о массовых вознесениях и ритуальных убийствах...
— Ну что ж! — Бикер отвернулся от окна и принялся теребить свой последний шик — чингисхановские усы. — Вот вам, пожалуйста, и «преступник-мастер». Надеюсь, у вас хватит ума держаться от него подальше.
— Я не начну беспокоиться, пока не завладею этим скарабеем с чарами проклятия, — ответил сыщик. — Кстати, если ты и дальше будешь устраивать выкрутасы с этими усами, они отвалятся.
Руки Бикера моментально отлипли от усов.
— Как вы думаете, кто за всем этим стоит?
— Понятия не имею. Но именно по этой причине дело достойно изучения. Всю дорогу сюда, в автобусе, я пытался строить теории. Будет легче, однако, если мы упростим проблему. Вместо исчезнувшего из ванной и объявившегося в оргонном ящике Дока у меня появляется, к примеру, поверенный по имени Блитеринг, которого обнаружили мертвым в библиотеке собственного загородного дома. Видишь, проблема обретает знакомый вид.
Беднягу Блитеринга либо огрели кочергой по голове, либо он упал и ударился головой об угол (неважно чего). Мы знаем, что дворецкий принес ему виски и содовую в 00:20. Через некоторое время Блитеринга навестил таинственный визитер, который вошел через французское окно, наследив на грядке с георгинами. Могла ли смутная догадка явиться в лице его секретаря Симпсона, который, как известно, был влюблен в дочь Блитеринга, но не имел и гроша за душой? Или это распутный сын Гарольд, недавно вычеркнутый из завещания и на днях выставленный из Оксфорда (поезд в 00:18 — расписание поездов играет немаловажную роль)? Или это ненавистный сводный брат Блитеринга Мортимер, только что вернувшийся из Канады (00:21), где многие годы жил под вымышленным именем? Или же?..
— Господи! Я забыл вам сказать! — Возбуждение Бикера перешло в приступ икоты. В течение нескольких минут он был вынужден задерживать дыхание, в то время как новый спазм заставлял его усы драматически подергиваться, а Фин продолжал излагать другие теории. По второй версии лорд Суррогат был найден убитым на поле для гольфа; по третьей — достопочтенного Дж. Фентона Уорта вытолкнули из окна купе первого класса в 00:18, когда поезд мчался по туннелю...
— Ради бога, заткнитесь и слушайте! — Бикер наконец продышался. — Я порыл по поводу свидетельства о смерти Мориса Уэбба, как вы просили, и ничего не накопал. Поэтому начал расспрашивать всех вокруг. Короче, он...
Никакого выстрела не прозвучало и никакое тело не упало замертво на пол, когда Фин прыгнул к окну и увидел странную фигуру в пальто от Барберри, удаляющуюся прочь. Вместо этого Бикер закончил фразу.
— Повтори еще раз.
— Морис Уэбб вовсе не умер. Он исчез!
Фин выглядел разочарованным.
— О, будем считать, что ты пошутил. Вот я здесь, всерьез обдумываю версии убийства, а все, что ты можешь предложить, это старый до боли сюжетный прием.
— Но я
