Под конец разговора Фин еле сдерживался, чтобы не разразиться безумным смехом. Удивительно, что он вышел из библиотеки, не подпрыгивая, и даже когда был один в холле, позволил себе лишь короткую ухмылку, неистовый шепот:
— Ура! Ура! Ура! Спасибо, ваша честь!
Несколькими минутами позже в комнате отдыха он склонил Стоуни на игру в дартс.
— Да, я немного помню тот вечер. Хотя стараюсь скорее забыть неприятности, если получается. Должен признаться, что все это начал я. Дэйв тряс своим наркотиком у меня перед носом, чтобы, понимаете ли, завести меня. Мне пришло в голову попытаться спасти его от самого себя, если понадобится, силой. Потом, конечно, я разозлился, и это, должно быть, было как-то связано с наркотиком. Из каких-то смешанных побуждений я выбил пакетик у него из рук. Тот упал на пол. Затем я попытался оттолкнуть Дэйва от пакетика и удержать, пока кто-то другой не подберет его с пола. Подобрал Хакель. Я очень сожалею, что мой план не сработал, и Дэйв наградил обоих оплеухами за наши заботы.
— Скажите, Нэнси находилась в комнате? Или вы не обратили внимания?
— Полагаю, да. Она все время была рядом, и этот позорный эпизод произошел у нее на глазах. Они с Дэйвом были в парадном холле, когда мы пришли. Казалось, она сама только что пришла. Или собиралась уходить. Так или иначе она была в пальто, если вы не знаете.
Фин не стал доигрывать в дартс и пошел в гостиную к Нэнси, чтобы выслушать ее версию.
— Дэйв и я стояли в холле на первом этаже, когда остальные вернулись домой, — сказала она. — Разговаривали. Потом произошла ссора, и началась драка. Один раз гниль71уронили на пол.
— Что такое гниль?
— Вы не знаете? Это как маленький чайный пакетик, только пластиковый.
— Пожалуйста, попытайтесь вспомнить каждую деталь того, что произошло. Кто дрался и как это началось?
— Хорошо. Короче, Дэйв дразнил гни... пакетиком Стоуни, но преподобный выбил стафф72 у него из руки. Затем он вроде как толкнул его, и тот уже не смог подобраться к пакетику. Я имею в виду, оттолкнул — Стоуни оттолкнул Дэйва. А потом профессор подобрал пакетик и положил в карман. В карман пальто. Все были в пальто.
— Вы уверены в этом? В карман с клапаном?
— Определенно. Потому что, когда Дэйв забирал пакетик обратно, он чуть не разорвал пальто пополам, вытаскивая его из кармана.
— Я не думаю, что Хакель будет держать такое пальто у себя.
— Да, по-моему, он сдал его в починку или куда-то еще.
— Отлично. Это все, что я хотел знать. — Фин встал, чтобы уйти.
— Что вы собираетесь делать дальше?
Он улыбнулся.
— Собираюсь сегодня заказать себе гроб.
— Конечно. Теперь, когда все три убийства раскрыты, думается, я заработал в некотором смысле упокоение. Без сомнения, наш убийца будет не против.
— Вы раскрыли их?
— Ну, почти. Я пока не знаю, кто это сделал, впрочем, это рутинная вещь. Но один момент все еще озадачивает меня. Что вы с Дэйвом делали в тот вечер в парадном холле, когда дверь открылась?
И снова она отскочила, как, вероятно, отскочила тогда.
— Что?
— Хакель думает, что вы «обнимались». Я думаю, вы давали Дэйву его наркотик. Перед этим вы выходили, чтобы купить ему дозу, не так ли?
Это был хороший вопрос, и она на него не ответила.
* * *
Мистеру Смерту не нравилось, что его удерживали за столом и снова допрашивали. Он то и дело снимал пенсне и усердно протирал его, тем самым выражая свое недовольство.
— Я уже ответил на многочисленные вопросы полиции, — устало проговорил он. — В самом деле, мистер Пин...
— Фин. На этот раз мои вопросы касаются не только странного исчезновения преподобного Стоунхауса. Вопрос первый: Вы продадите мне гроб?
— Продать вам гроб... Позвольте, для каких нужд?
— Для моих собственных нужд. Я уверен, что вы продадите мне один, если скажу, что, во-первых, это почти наверняка поможет поймать убийцу, во-вторых, название вашей фирмы нигде не будет упомянуто, и, в-третьих, можно сделать среднедорогой. Мы договоримся?
Блеск в пенсне, казалось, изменился с враждебного на алчный.
— Допустим. Ваши следующие вопросы?
— Вопрос второй: не могли бы вы мне рассказать о вашем бывшем клиенте?
— Об этом не может быть и речи. Я
— Я хочу проверить только имя, больше ничего. Проходил ли по вашей фирме клиент по имени Р. У Форстер? Миссис Р. У Форстер? Похороны состоялись несколько месяцев назад.
— Миссис Регина Форстер, да. Я хорошо ее помню. Еще вопросы есть?
Фин поднялся.
— Последний. Могу я поговорить с двумя мужчинами, которые работали здесь в тот вечер, когда исчез преподобный Стоунхаус? Билл и Генри, кажется, их звали?
Смерт выглядел расстроенным.
— Форбс и Медоуз, вы имеете в виду. Генри Форбс на несколько дней приболел. А Уильяма Медоуза вы найдете сейчас в «Фолсолл Армз», пабе, расположенном чуть дальше по дороге. Он там обедает. Теперь, что с вашим гробом?
