Сонную тишину раннего утра в клочья разорвал оглушительный пушечный выстрел. Следом за ним - ещё один. От неожиданности все вздрогнули и повернулись в сторону звука.
- Это, наверное, на том корабле, - в соседней бухте, - предположил я.
- Туристы развлекаются - фейерверки запускают...
- Да, нет! Там, что - то серьёзное! - возразил капитан. И уже тоном, не терпящим возражений, закончил: - Вначале посмотрим - что там, и как? А по результату, решим, что делать дальше.
Я махал вёслами, как олимпийский чемпион на финише и наша лодка оказалась у оконечности мыса через десять минут. Картина, открывшаяся перед нашими взорами, заставила меня от удивления разинуть рот. Происходящее напоминало пиратский блокбастер. В центре небольшой живописной бухты стояла красавица шхуна, которую я видел в свой первый выход на берег. С моря, на всех парусах, к ней приближалась бригантина. На её грот мачте реял чёрный флаг с черепом и костями. Левый борт бригантины окутало облако дыма, и воздух потряс очередной пушечный выстрел. Ядро с жутким свистом и гулом перелетело через шхуну и, подняв фонтан брызг, упало в море, недалеко от неё. Шхуна сразу ответила ответным залпом. Мы с дядей Мишей заворожено, наблюдали картину морского сражения! На стоявшем в бухте паруснике, поднимали якорь, по реям сновали матросы, готовясь ставить паруса. Но следующий выстрел пиратской бригантины оказался более удачным. Ядро перебило грот мачту. Она упала на фок мачту, порвав и перепутав её такелаж. Матросы, спугнутыми птицами, посыпались в воду и на палубу. Бывшая 'красавица' мгновенно превратилась в изуродованное и покалеченное существо. Ещё одно ядро попало в шхуну. На ней вспыхнул пожар. Языки пламени побежали по такелажу. Загорелись паруса. Участь парусника была очевидна. Тем временем, бригантина вплотную приблизилась к беспомощному кораблю. Голодной вороньей стаей, на него полетели абордажные крючья. Яростный рёв десятка ожесточённых глоток огласил море. Корабли сблизились, началась ожесточённая рукопашная схватка! Я попросил у капитана бинокль. На левом борту бригантины, атаковавшей шхуну, с трудом, но читалось - 'Чёрная чайка'.
- Кино снимают, - забрав у меня бинокль, констатировал дядя Миша.
Я открыл рот, собираясь высказать своё мнение, но глянув на капитана, передумал.
- Возвращаемся, - дядя Миша кивнул мне в сторону весел.
Дневник.
...Столько всего произошло... Буду описывать по порядку. Услышав авральную трель боцманского свистка, я быстро выскочил на палубу. Случилось то, чего мы больше всего опасались - встреча с 'Чёрной чайкой'. Где - то в глубине души я надеялся, что мы успеем загрузить сокровища и покинуть остров до того, как появятся пираты. Но злой фатум не дал нам такого шанса! На всех парусах, быстро увеличиваясь в размерах, к нам приближался страшный чёрный корабль. Оторвавшись от подзорной трубы, Смоллетт заметил меня.
- Это ты, Джим, - обратился он ко мне.
- Видишь, нам предстоит скорая встреча с очень неприятным знакомым. Я могу пообещать: эта встреча будет для него очень негостеприимной! - Смоллетт задумчиво смотрел в море.
- Я тебя вот что попрошу! Давай - ка, бери ялик и плыви на берег. Ты знаешь, где клад. Найдёшь там сквайра и Ливси. Всё им расскажешь. А мы устроим этим мерзавцам достойную встречу.
- Пошлите кого - нибудь другого! Я останусь, и буду сражаться вместе с вами! - горячо воскликнул я.
- Отставить разговоры, Джим Хокинс; ты не мальчик и прекрасно знаешь, что приказы капитана не обсуждаются! Смоллетт подозвал боцмана и распорядился отправить меня на берег. Делать было нечего и я, нехотя, поплёлся за ним. Едва я отплыл метров на десять от 'Испаньолы', как прогремел очередной залп. Ядро со свистом и шипением пролетело над моей головой, и врезалось в воду слева от ялика. Я инстинктивно пригнулся, но солёные брызги накрыли меня небольшим холодным ливнем. Я усиленно заработал вёслами.
На 'Испаньоле' поднимали якорь. Матросы на реях ожидали команды ставить паруса. Прогремел ещё один выстрел с моря. Ядро попало в грот мачту, она переломилась, как тонкая веточка и упала на фок мачту. Матросы посыпались на палубу и в море. Я ошеломлённо вскрикнул! Теперь Смоллетту, его офицерам и команде придётся принять ужасный абордажный бой! Беда была в том, что наши матросы, в отличие от морских разбойников, были к этому не готовы. Неизвестно, будут ли они сражаться или сдадутся пиратам без боя! Судьба капитана Смоллетта и команды 'Испаньолы' была предрешена! На глаза у меня навернулись слезы, и я снова ожесточённо налёг на вёсла. С нашей шхуны тоже стреляла пушка. Ещё одно ядро попало в 'Испаньолу'. На корабле вспыхнул пожар. Выскочив из ялика на берег, я замер, горестно смотря на объятую пламенем и пороховым дымом "Испаньолу".
- Джим, Джим! - услышал я за спиной.
Из зарослей вышли сквайр Трелони, доктор Ливси и три матроса. Они скорым шагом направились ко мне, на ходу громко восклицая и показывая руками, в сторону нашего покалеченного корабля. Я бросился к ним...
