В её центре рос огромный, разлапистый дуб. Вокруг него стояли разноцветные столики на две и четыре персоны. За одним из них сидели невысокая девушка и я. Усилием воли задержав картинку, я сосредоточил на ней внимание. Картина постепенно набирала резкость, вскоре появился и звук. Оказывается, я рассказывал незнакомке анекдот про пьяную ворону. На словах: 'Да, ладно! Пешком дойду!' - девушка звонко расхохоталась. Я и сам поплыл в улыбке, но тут, над нами пролетела большая чёрная ворона. И не просто пролетела! Как опытный бомбардировщик, она сбросила отходы своей жизнедеятельности на моё правое плечо! Белоснежная моя рубашка, и белозубая улыбка сразу же потеряли: соответственно, и свой цвет, и очарование. А у моей соседки по столику началась настоящая истерика! Слёзы фонтаном брызнули из глаз! Она умирала, она просто захлёбывалась от смеха! С обескураженной физиономией, я вытирал салфеткой вороньи какашки. Наконец, девушка, сквозь периодические всхлипывания и завывания, выдавила из себя:
- Это она отомстила тебе за анекдот! Не надо обижать благородную птицу! Кстати, вон она, на нижней ветке дуба сидит! Я оглянулся. Ворона действительно сидела на ветке, метров в трёх от меня, и демонстративно чистила перья.
- Ну, погоди, чертовка! Сейчас я сделаю из тебя бройлерную курицу! 'Наша ряба'* несчастная! - шутливо пригрозил я, срываясь с места. Ворона благоразумно не стала меня ждать, лениво взмахнула крыльями, и, невысоко над дорогой, полетела в сторону моря.
- Врёшь - не уйдёшь! - многообещающе заорал я на всю улицу, распугивая местных жителей, и гостей города!
- Москва - Ворон...ешь! Хрен догонишь! - издевательски прокаркала ворона, обернувшись ко мне на лету. И вдруг, перевернувшись в полёте на спину, каким - то немыслимым образом соорудила из когтей на обеих лапах два кукиша, и показала их мне.
- Ах, ты 'цыплёнок табака'* недожаренный! "Ножка Буша"* отмороженная! - истошно завопил я.
- Я тебе покажу - "Воронеж!!!"
Почти догнав нахалку, я высоко подпрыгнул, пытаясь схватить её за хвост. Но ворона резко ускорилась и стрелой ушла в небо. Я рванулся за ней!
- Вот это другое дело! А то, - летать он разучился! - поравнявшись со мной, ворона одобрительно клюнула меня в плечо. Я огляделся. Далеко внизу, разноцветными геометрическими фигурами виднелись крыши, улицы и площади города. Яркой картинкой красовался небольшой порт с одиноким парусником. Неширокой жёлтой чертой извивалась песчаная береговая линия. Море, выглядевшее с берега сверкающим изумрудом, с высоты казалось огромной чернильной кляксой.
- Ну, что, вспомнил? Как это летать!? - засмеялась ворона и, неожиданно сделав 'мёртвую петлю', оказалась у меня за спиной.
- Ты где? - испугался я, потеряв её из вида.
- У твоей жопы! - весело каркнула ворона, больно клюнув меня в копчик.
- Это тебе - за анекдот!
- Ну, ты, стерва! Поймаю - все перья выщипываю! Бродячим кошками отдам на съедение!
- За базар, ответишь! - угрожающе донеслось издалека.
- Я не стерва, а свободная и гордая птица! А ты, чем орать на всё небо, лучше бы летать прилично научился! Страус зоопарковый!
- Какие вы женщины мелочные и мстительные! Нет у вас ни капли чувства юмора! - крикнул я в ответ, ища глазами 'гордую и свободную' птицу. Заметив чёрную тень в районе гавани, плотно прижал руки к бёдрам и спикировал ей наперерез. По мере приближения, тёмная точка начала разрастаться, превращаясь не в ворону, а в небольшую тучку. Ртутного цвета туман в её центре клубился, закручиваясь в спиральную трубу, конца которой видно не было. "Вот, чёрт! - перепугался я, изменил позу и попытался затормозить так, словно упирался руками и ногами в стену. Ничего не получалось и, беспорядочно махая конечностями, я на огромной скорости врезался в "ртутный кисель". Меня закрутило, как в речном водовороте и неудержимо потянуло вглубь этого сверкающего омута. Секунд через десять "омут" закончился, - его, словно срезали острым ножом. Я падал с неба на парусник, стоявший у причала. Интуитивно вспомнив вороньи уроки, я закрутил крутой вираж, и, чуть не зацепив бизань мачту, вырулил прямо к трапу. На борту корабля, начищенной бронзой, сверкало - "Синяя птица".
Проснулся я от ощущения, что упал на диван с потолка. Чувство было настолько острым, что тело снова рванулось вверх, и я схватился за спинку, пытаясь удержать равновесие. Испуганно оглянувшись, привстал на локтях и посмотрел по сторонам. Комната моя. На журнальном столике пустая бутылка от вина, пустой бокал и ваза - конфетница, на треть, заполненная талым льдом.
Разогнав предутренний сумрак, солнце вовсю хозяйничало в моём доме. Я встал, набросил халат и отдёрнул штору. Жёлтое дневное светило над горизонтом напомнило хулиганский глаз, приснившейся мне вороны.
- Нормально полетали! - я потянулся до хруста в спине. С негромким стуком что - то упало на пол. Это была небольшая книжечка в обложке из тиснёной тюленьей кожи.
