Черная дорога полностью

Старый страх задрожал в Дэррике. В окружающих тенях он почти видел отцовское лицо.

– Дэррик, – окликнул Тарамис.

Он ясно слышал зов, но обнаружил, что не может ответить. Воспоминания и прошлый страх поймали его в капкан. Вонь гнилой соломы и стойла за лавкой мясника наполнили ноздри, а люди рядом и каменная сточная труба казались лишь сном.

– Давай, Дэррик! – кричал Мэт. – Да очнись ты, черт побери! Кабраксис нашел, за что ухватиться в тебе. Меня этот грязный демон загнал на пути призраков и потерял, и я бы, может, все еще скитался бы там, не отыщи ты клинок Хоклина, и ты же сделал это!

Дэррик чувствовал меч в своем кулаке, но винил его за то, что он завел их в тупик. Может, Мэт еще и верит, что клинок этот – талисман силы, оружие, предназначенное побеждать демонов, но Дэррик так не считает. Эта вещь проклята, как и все подобное оружие, о котором ему рассказывали. Палат владел заговоренным клинком; он знал, что говорит, злословя меч Хоклина.

– Это демон в тебе, Дэррик. Будь сильным.

– Я не могу, – прошептал Дэррик. Он смотрел, как в дальнем конце туннеля собираются факелы приближающихся стражников.

– Что ты не можешь? – спросил Тарамис.

– Не могу поверить.

Всю свою жизнь Дэррик учил себя не верить. Он не верил, что отец ненавидит его. Не верил, что отец виноват в том, что он избит. Он привыкал верить, что жизнь – это сменяющие друг друга дни в лавке мясника и что хороший день – тот, в который побои не превратили тебя в калеку.

– Но ты сбежал оттуда, – напомнил Мэт.

– Я сбежал, – прошептал Дэррик, – но не смог оставить прошлое позади.

– Ты можешь.

– Нет, – сказал Дэррик, глядя на стражу.

– Они выжидают, – заметил Палат. – Нас слишком много, им нас не взять, не потеряв с десяток своих. Так что они задержатся, стянут сюда побольше лучников и тогда уж разберутся с нами.

Тарамис шагнул к Дэррику:

– С тобой все в порядке?

Дэррик не ответил. Им овладело ощущение безнадеги, и он тщетно пытался справиться с ним. Это чувство давило на грудь и плечи, мешало дышать. Весь прошлый год он топил жизнь в бутылке, на дне стакана, в кувшине с дешевым вином в каждом захудалом кабаке, мимо которого пролегал его шаткий путь. А потом он сделал ошибку, решив протрезветь и поверить, что в жизни есть еще что-то, кроме пустоты.

Кроме неудач и ощущения собственной ненужности, преследовавших его всегда.

«Ничтожество!» – обрушился голос отца.

Зачем надо было спасать себя? Чтобы умереть в конце разрушенной канализационной трубы, как крыса? Дэррику хотелось рассмеяться, но заплакать ему хотелось еще сильнее.

– Дэррик, – позвал Мэт.

– Нет, Мэт. Я и так далеко зашел. Пора все заканчивать.

Придвинувшийся ближе Тарамис, подняв фонарь, заглянул Дэррику в глаза:

– Дэррик.

– Мы пришли сюда умереть, – сказал Дэррик Мэту и Тарамису разом.

– Нет, мы пришли сюда не умирать, – возразил Тарамис. – Мы пришли сюда разоблачить демона. Как только люди, поклоняющиеся ему, узнают, кто он на самом деле, они отвернутся от него и освободятся.

Немощь настолько овладела Дэрриком, что слова мудреца едва коснулись его.

– Это все демон, – повторил Мэт.

– Ты говоришь со своим другом? – спросил Тарамис.

– Мэт мертв, – хрипло прошептал Дэррик. – Я видел, как он умер. Я дал его убить.

– Он здесь, с нами?

Дэррик покачал головой, не ощутив движения, словно это было чье-то чужое тело.

– Нет. Он мертв.

– Но он говорит с тобой, – настаивал мудрец.

– Это ложь.

– Это не ложь, чертов ты дурень! – взорвался Мэт. – Проклятый твердолобый карась! Тебя всегда было трудно убедить в чем-то, чего ты не можешь увидеть или пощупать сам. Но если ты не послушаешь меня сейчас, Дэррик Лэнг, я буду вечно бродить тропами призраков, не зная ни покоя, ни мира. Ты этого мне желаешь?

– Нет, – прошептал Дэррик.

– Что он сказал? – волновался Тарамис. – Это правильное место?

– Это обман, – сказал Дэррик. – Мэт сказал, что демон в моей голове пытается ослабить меня. И говорит, что он не демон.

– Ты ему веришь?

– Я верю, что демон в моей голове. Я невольно предал вас всех, Тарамис. Прости меня.

– Нет, – ответил Тарамис. – Меч знает истину. Он вел тебя.

– Это все демонские уловки.

Мудрец качнул головой:

– Ни один демон, даже сам Кабраксис, не способен взять власть над мечом Хоклина.

Но Дэррик помнил, как меч сопротивлялся ему, как не хотел сперва уходить из своей тайной гробницы.