— Расслабьтесь, — кивнула светловолосая женщина. Она достала планшет и стала на нем что-то выбирать. — У Лизы был свой пул очков. И даже если бы были потрачены все, с ней бы случилось то же самое. Ей удалось сохранить генетический материал именно потому, что она не рыпалась.
— Ну, а кровь, Лигула, что там еще? — Говорила Айрен, жестикулируя оторванной Лизиной рукой, сжимающий пистолет. — Неужели этого было бы недостаточно?
— К сожалению, нет. Даже маленьких кусочков мяса.
— А с домом? С домом что? Дом уже восстановили, но…
Анунак открыл шкаф и оттуда выскочил симбионт, который и спас Лизину руку. Ее собственные крылья. Опираясь на когти, маленький симбионт, там где крылья должны были крепиться к спине, у него был большой рот, полный треугольных сильных зубов, раскрыл его.
Симбиот запрыгнул на руку анунаку, прошелся, потерся о перья, взмахнул кожистыми отростками и приземлился на плечи к Айрен.
— Узнал тебя! Поблагодари его! Твоя ручная змея жива только благодаря этому симбиоту!
Айрен оторвала свой волос. Симбионт завилял маленьким хвостиком в предвкушении. Айрен скормила ему его без остатка.
— Щедро, — щёкнул клювом Анунак. — А мне свой волосок не дашь?
— Я подумаю, — сказала Айрен.
— Могу дать свой, — улыбнулся сатир, ожидая, что анунак как-то отмахнётся от него или начнёт задавать вопросы, почему тот двадцать лет жил и не показывался на территории правителя этих земель. Но анунак молча протянул руку. Сатир вложил туда козлиный волос.
— Кто напал на нее? Кому нужно шею свернуть? — Сухо спросила Айрен.
— Не поверишь, мы все жаждем свернуть шею этому ублюдку. — В голосе анунака звучала некая злость. — Ты слышала о кащеях?
Айрен почесала голову.
— Нет нужды, Айри, — сказал сатир. Я тебе расскажу. Возможно, повелитель хотел бы упустить детали, но я начну всё с самого начала. Бесы, которые развиваются слишком сильно, выходят из-под контроля анунаков. Те которым удается сбежать из владений в срединные миры, начинают собирать артефакты, питаться тамошними созданиями, становятся всё сильнее и сильнее, напитываясь разного рода волшебством, и в конце концов превращаются в кащеев. Мощных созданий, которые могут порождать серых тварей, превращать слабых созданий в своих рабов или так же в тварей или змей. — Сатир перевел взгляд на гадюкину мать. Та все так же листала на планшете различные изображения, подбирая подходящие способности для нового тела своей дочери. — В общем, один такой кащей имеет зуб на нашего повелителя. Что в легендах страны Барбак, что, я полагаю, — сатир поднял свои полупрозрачные серые глаза, — что в реальности.
— Так и есть, — щелкнул клювом анунак. — Это был мой мощный эксперимент. Выращивал этого беса, с руки, кормил. Был мощный. Беспрекословно исполнял мои приказы. А потом сожрал моего любимого ангелоида. Троих экспериментальных девочек ангелоидов. Сломал стену. Просто разломал ткани реальности и ушел на десять лет. На десять лет ушел в какие-то срединные миры. Не знаю, где он шлялся. Но последние пятьдесят лет я о нем ничего не слышал.
— А вот у меня есть немного другая информация, — сказал сатир. Анунак высоко поднял бровь, встопорщив перья на загривке.
— Слушаю. — Анунак повернул голову на бок, как настоящая птица.
— Вы слышали о Джамме?
— Полумифический глава сопротивления из Лулуссии, который хочет поднять народное восстание против Береев в моей стране Барбак? — почти что зацитировав какую-то энциклопедию проговорил анунак.
— Так и есть так вот этот Джамм и личность напавшая на Лизу, кажется, — сатир вспоминал имя гадюки. — скорее всего, одно лицо.
— Ты же возглавляешь какую-то странную мутную организацию?
— Поиск волшебных созданий, — гордо заявил сатир, выпрямив грудь. — Да, да, — отмахнулся ладонами анунак. — У тебя есть информация?
— Более чем. Правда, я не располагаю правительственными данными. Если вы мне дадите скажем..
— Мы это обсудим. Обсудим, — анунак подошел к сатиру. Тот передал Айрен в руки гадюкиной матери а сам обнял сатира за плечи — знаешь чем больше фей работает вместе со мной, тем лучше.
— О конечно же, а заодно я хотел взглянуть — сатир начал что-то рассказывать.
Анунак увел его в сторону.
— Все еще не поверю что она умерла — проговорила Айрон. — Я честно говоря, плохо с ней обращалась. Не могу сказать что виню себя за это, но можно было бы и помягче.
— Я окунала ее головой в унитаз с детства, когда она наглела. — Сказала светловолосая женщина.
— Это та белая чаша, из которой так удобно пить, пПосле того, как приходишь домой в нетрезвом виде? — посмотрела на нее Айрен, улыбка появилась на глазах темной эльфики.
— Так и есть. — Сверкнула глазами, гадюкина мать. — Приятно познакомиться. Я Айрис.
— Я Айрен. — Айрен поднесла ладонь. Она не принимала рукопожатий, распространенных в мире анунаков.
Айрис, на удивление, зная фейское приветствие, дотронулась своими двумя пальцами сначала до лба, а затем, разжав остальные трое, дотронулась до ладони Айрен.
— Знаешь, фейское приветствие?
— Довеилось работать с феями.
— Что дальше, — спросила Айрен.
— Ну, скоро закончим.
