Черная Книга Арды полностью

— Не могу больше видеть… это… — Ортхэннэр поднял руку, но отдернул почти мгновенно, не осмеливаясь коснуться матово поблескивающего темного, с неуловимым отливом в синеву, глухого браслета на запястье Изначального. — Я попробую… снять… А раны, — он вскинул на Учителя умоляющие глаза, — раны я залечу потом, я умею, ты же знаешь…

— Это невозможно, — глухо ответил Изначальный.

— Нет, нет! Я думал… искал… Это же только железо! Смотри, — фаэрни показал узкую полоску металла, щерящуюся острыми мелкими зубцами, — ничто не устоит, даже камень — я пробовал… Позволь!

— Это невозможно, — повторил Мелькор.

— Почему?

Изначальный не смог ответить. Как убедить, если просто знаешь и не можешь объяснить?

— Позволь…

— Хорошо.

…В отличие от внешней, гладкой, внутренняя сторона железного браслета была неровной и зернистой. Когда, вслед за движением узкой режущей полоски, наручник сдвинулся к запястью, весь мир заволокла багровая пелена боли, и Мелькор закусил губу, с трудом подавив стон. Не скоро — показалось, прошли века боли — он услышал, как сквозь туман, срывающийся отчаянный шепот Гортхауэра:

— Не получается… не получается…

С трудом разлепил веки. Гортхауэр стоял на коленях — бледный, потрясенный. Его руки и рукава одежды, так же как и руки Мелькора, были перемазаны кровью; бесполезная полоска светлого металла, что тверже камня, валялась на полу. На гладкой поверхности наручника не осталось даже царапины: Воротэмнар — «Те, что сковывают навеки».

…оковы ненависти не разбить…

Наверное, он произнес это вслух, потому что Гортхауэр вдруг уткнулся ему в колена и застыл так, вздрагивая всем телом…

Записывает Эханно эр'Лхор, летописец Севера:

"В году 19-м от начала Твердыни на западе за горами встало зарево, как бы от великого пожара; и небо окрасилось в цвет крови. Тогда иртха, жившие в Гортар Орэ неподалеку от тех мест и не ждавшие ничего, кроме зла, из-за моря, решили, что возвратились единожды принесшие уже беду в эти края; а потому, даже и без приказа Гортхауэра Айан'таэро или Властителя Севера, направился навстречу пришельцам большой отряд иртха, числом более тысячи.

Было же это, когда Нолдор дома Феанаро пришли на белых кораблях из Земли Бессмертных; и, как Феанаро ни желал, чтобы Нолофинве Инголдо, брат его, также смог переправиться через море, приказал он сжечь корабли.

Хотя и не были Нолдор готовы к нападению иртха, но доблесть их и воинское умение были велики, а потому оттеснили они иртха и преследовали их, убив многих, даже и до Равнины Ветров — Антала Суули, что эльфы называют Ард-гален, и до самых врат Твердыни. Тогда растворились Врата, и вышли на битву Ллах'айни, Огненные духи, грозные в бою; и предводитель Нолдор, Куруфинве Феанаро, сражался с Нээрэ, первым из Огненных духов, и был повержен им, и принял бы смерть, если бы не подоспело на помощь вождю Нолдор войско, ведомое сынами его…"

…У восточных отрогов Эред Вэтрин Феанаро приказал остановиться тем, кто нес его; и, обратившись лицом к черным горам, трижды проклял он Врага и, обратившись к своим сыновьям, повелел им повторить ту клятву, что привела их в Покинутые Земли, хотя и понимал в предсмертном прозрении, что клятва эта тщетна. А после он приказал покинуть его всем, кроме Майдроса.

Никто не слышал, о чем говорил Феанаро своему старшему сыну; но когда Майдрос вернулся к братьям, обычно смуглое лицо его было восковым, изжелта-бледным.

— Куруфинве Феанаро Нолдоран, король Нолдор, покинул нас, — хрипло проговорил он. — Все вы слышали его волю; нам должно исполнить клятву и отметить за смерть государя и отца нашего: лишь тогда душа его обретет Исцеление в земле Аман. Я, Нелъофинве Маитимо Аран Этъанголдион, король Изгнанников, сказал.