Черная Книга Арды полностью

— Все равно наш круг не замкнется. Нас только восемь. Одна…

— Молчи!

Крылатый резко поднялся, лицо его дернулось, как от удара.

— Она вернется.

— Но…

— Молчи, я прошу тебя! Неужели ты не понимаешь, неужели так и не понял — эта кровь — на мне? На мне, слышишь? Она тогда спросила — можно ли вернуться, если… А я — я не догадался. Нужно быть слепым, чтобы…

— Прости меня, Учитель… если сможешь… — шепотом.

— Не говори больше об этом. Снова долгое молчание.

— Больше… никого?

— Помнишь Гэлторна?

— Я помню…

— Он. Еще дети и, кажется, Соото. И вы.

— Все восемь живы, не тревожься: я чувствую, — торопливо, горячо, словно в страхе — не успеть сказать.

— И черные маки, — непонятно сказал Крылатый, — целое поле. Только одного цветка нет.

Обернулся; взглянул в глаза Наурэ:

— Понимаешь… Гэлторн не помнит… как это было. Но ее там нет.

— Учитель, не надо… Ты сам просил…

— Помнишь, она однажды спросила о короне из молний? Сказала — наверное, Люди представляют богов такими… Только ведь, понимаешь, я был тогда один. И прежде никогда вам об этом не рассказывал. Она сказала — я помню.

Улыбнулся вдруг — углом губ, нелепо и беспомощно:

— Я так и не спросил — откуда…

127 — 202 годы I Эпохи

Они называли эту вершину — Горт Элло, вершиной Звезды. Черная, как непроглядная ночь, высокая, острая, как клинок, приставленный к горлу неба… Нет, конечно, в их песнях не могло быть такого: «клинок». Это — только его мысли.

Здесь стоял его дом. Дом. Он невесело усмехнулся: по сути, у него никогда не было дома — не станешь ведь думать так о каменном замке… Он редко бывал в доме — и все же возвращался сюда, когда боль воспоминаний становилась слишком сильной, чтобы утаить ее от Людей Надежды.

… — Астар, ты спишь?

Он приподнялся и сел на ложе.

— Нет, Элли. Я не умею спать.

— Можно к тебе? Только я не одна, со мной друзья. Можно? Я зажгу свечу?..

— Не надо, — он сказал это слишком поспешно. Девочка встревожилась:

— У тебя глаза болят?

— Да, — ответил, помедлив мгновение.

— Мы ненадолго и совсем-совсем тихо…

Они расселись кружком у его кресла.

— Сказку рассказать? — улыбнулся он.

Элли усердно закивала:

— Расскажи еще про девочку и дракона…

…Дракон был совсем маленьким — ростом чуть больше девочки. Девочка тоже была маленькой, и ей нравился дракон — такой красивый, крылатый, с сияющими глазами…

Так они подружились, и иногда дракон позволял девочке забираться ему на спину и подолгу летал с ней в ночном небе. Девочка смеялась, протягивая руки к небу, и звезды падали ей в ладони, как капли дождя, и дракон улыбался, а из его пасти вырывались маленькие язычки пламени…

— …А как его звали, Астар?

— Элдхэнн.

— Наш Ледяной Дракон?.. Но он не умеет дышать огнем, и чешуя у него черно-серебряная…

— Элли, сестренка, это все-таки сказка…

…Вдвоем они часто бродили по лесам. Была у них любимая поляна: красивые там были цветы, а неподалеку росла земляника; девочка собирала ее, а горсть ягод всегда высыпала в драконью пасть. Дракону, конечно, это не было нужно — ему хватало солнечного света и лучей Луны, — но маленькие прохладные ягоды казались такими вкусными — может, потому, что их собирала для дракона девочка.

Вечером она набирала сухих сучьев, и дракон помогал ей развести костер, а сам пристраивался рядом. Они смотрели на летящие ввысь алые искры, и девочка пела дракону песни, а он рассказывал ей чудесные истории и танцевал для нее в небе, и приводил к костру лесных зверей — девочка разговаривала и играла с ними, и ночные бабочки кружились над поляной… А однажды пришел к костру Белый Единорог из Долины Ирисов и говорил с ними — мыслями, и это было как музыка — прекрасная, глубокая и немного печальная…

— …Это наша Долина Белого Ириса?