Он пощупал карман, в котором лежали документы, которые должны были подтвердить его слова и оправдать его перед матерью. И не выходила из головы девушка с тяжелой судьбой, у которой сейчас творилось черт знает что. Через два дня ему предстояло ее выкрасть и уговорить мать оставить у себя до лета. Впрочем, не так это тяжело — мог сказать, что переписывался… Хотя нет, отчего же тогда им не написал? И раньше познакомиться не мог — каждый день на виду. Может, учился с братом? А где тогда брат? Или отпустил погулять кота, а он сбил ее с ног?! Тоже нет, позвоночник ей сломали в детстве, когда не исполнилось семи… господи, как можно насиловать калеку, которая ничего не чувствовала все это время, только боль, да еще бить при этом?! Кирилл мысленно содрогнулся, представив себе ее отчаяние.
И постарался выбросить из головы, когда увидел знакомые очертания дома.
— Ты иди, я справлюсь, — попросил он кота, который бежал впереди него. — Эх Васька, Васька, перегрыз бы им горло…
— Тогда она с голоду умрет. Он после того, как успокоиться, какую ни то корку хлеба бросит. Иногда я чего-то из холодильника приволоку. Но если в холодильник не положат, где возьму? Ну ладно, я пошел. Ждем тебя. Ты им деньги покажи, они без страха в дом пустят, чтобы ограбить. Но ты им все не показывай, скажешь, мол, заплатить скоро много должны, а жить негде. Я посодействую, вызову демона алчности. А как из дому уйдут, вызовем такси…
— Да понял я, понял… — рассмеялся Кирилл.
Они уже подходили к калитке. Дорожка была вычищена до самой дороги. Кот исчез, оставив его одного. И сердце Кирилла отозвалось щемящей болью, когда навстречу ему лениво из будки выполз Туз, гавкнув пару раз, радостно завилял хвостом, заскулив и бросившись навстречу.
— Ах ты ушастый! Ну как ты ту без меня?! — он тепло обнял Туза, вставая на колени и обнимая его голову, расцеловав в морду. — Гуманоид ты мой! — с любовь проворковал он, истаивая от нежности. — Дома кто есть? Все дома!
Обе машины, и Александра, и тети Веры стояли во дворе, припорошенные выпавшим за ночь и подтаявшим снегом.
Дверь в дом оказалась запертой изнутри. Он позвонил, потом постучал. Ждать пришлось долго, дома еще спали.
— Кто там, — он узнал сонный голос тети Веры.
— Теть Вер, это я, Кирилл…
Неожиданно наступившая тишина слегка его напугала. Тетька Верка могла шмякнуться в обморок.
— Теть Вер, ты там живая? — он приник ухом к новым воротам и чуть не упал, когда дверь распахнулась.
— Кир… Кирюшка… Кирочка… Господи… — тетка щупала его, дрожа всем телом, и внезапно повернулась и завыла как сирена. — Анька… Анька!
На крик ее выскочил раздетый Александр, за ним, завернувшись в простынь, Мирослава, а следом мать, хватаясь за сердце.
— тьфу, черт, я думал на нас напали… — плюнул Александр и внезапно замер с удивленно округлившимися глазами, схватившись за перила. — Кирилл, ты?! Ту откуда?!
— Нас вертолетом развезли, высадили на дороге… Ближе никак, испугались, что стекла вылетят.
— Из тайги… Ну правда, не позвонить, не написать… — побожился Кирилл. — Там такая глушь! У нас там исследовательский центр, и ребята — супер!
Кирилл обнял мать, которая вытирала слезы, шмыгая носом, поднимая брошенный рюкзак.
— Кир, а мы тебя… похоронили… — выдавила из себя сама не своя Мирослава.
— Ну и… я воскрес! — рассмеялся Кирилл. Он и не заметил, как вытянулся еще. Теперь он был выше Александра, а мать едва доставала ему до плеч.
— Да что мы стоим-то на пороге! — вдруг одумалась тетя Вера, разведя руками. — господи… какой же ты стал… красавец!
Рассказывать Кириллу особенно было нечего. Ушел с ребятами по реке. Там же двое рассказали ему о Семиреченской академии в тайге — засекреченной, брали туда не всех и учеными становились лишь через десять лет, а собирают они тайные знания древних, исследуя стойбища и остатки их жилищ. Иногда прочесывают тайгу в поисках шаманов, которые радуют их своими легендами и обрядами. Ведут наблюдения за НЛО. А в остальном все как у всех — разбирают гербарии, копаются в земле, исследуют останки растений и животных, которые иногда откапывают. Например, кладбище мамонтов.
— Не доверяю я таким заведениям, — расстроилась тетя Вера. — Что это за академия, в которой нет телефона?!
— Есть, но связь плохая. Там тайга кругом, кто ж будет вышки ставить! А засекреченная, чтобы раньше времени не разграбили, то что исследуем. Нагрянут кладоискатели, изучать будет нечего. Ты же знаешь! — восторженно отозвался Кирилл. — Да, кстати, — спохватился он, — я кое-что привез для тебя!
Кирилл вывалил на диван содержимое рюкзака. Бережно развернул сверток.
— Тут торговые пути по России тысячелетней давности. На раскопках библиотеку нашли, я одну припрятал… Ты поосторожней с ней, она на шкуре нарисована. По ходу, замуровали ее в стену с человеческими останками — человека мы похоронили. У нас весь подвал такими находками забит. Я десять дней ее реставрировал. А здесь редкие японские мыслители второго и третьего века. Сама переведи, не знаю, стоит ли она того…
— А это что?! — раскрыла рот тетя Вера.
