Верона поняла, что кричит она. Она сидела в кровати и прижимала колени к груди. Из глаз текли слезы. Несколько минут ей понадобилось, чтобы понять, что она не та девочка и что она у себя дома. Странно, она смогла почувствовать эмоции девочки. А там было темно и холодно. Что-то жгло ее душу. Верона медленно вдыхала и выдыхала. Футболка Адриана прилипла к телу. В комнате было жарко. Верона пошла за стаканом воды, куда бросила несколько кубиков льда. Еще она протерла кубиком свое лицо. Она стояла и думала, что завтра ей придется сделать все, чтобы спасти жизнь подростка.
Вечером Верона сидела прямо на краю крыши. Дом оказался пятнадцатиэтажным. Снизу доносились звуки улицы. Верона смотрела по сторонам, зная, откуда появиться девочка. Что ей сказать? Как ее уберечь от этого шага? Подростки очень эмоциональны. Верона далеко не считала себя умеющей общаться с детьми.
Вскоре открылась дверь, выходящая на крышу. Фигура приближалась медленно, странно покачиваясь. Верона сидела тихо, пока девочка не подошла. Во сне она показалась ей меньше, но вблизи девочке было лет тринадцать.
– Привет! – спокойно сказала она.
Девочка вскрикнула от неожиданности.
– Ты чего так напугалась? – спросила Верона, улыбнувшись.
Кошка могла легко почувствовать, что девочка находилась на грани. Поэтому надо было вывести ее из этого состояния.
– Я думала, что одна здесь! – чуть заикаясь, произнесла девочка.
– Прости, малышка, я не хотела тебя напугать. Я тут сижу, смотрю на город и ем тортик, который сама испекла. Хочешь? – Верона показала на коробку.
Девочка странно смотрела на Верону, в ее глазах легко можно было прочитать, что она не рада гостье. Совсем не рада. Она размышляла, что делать.
– Ты здесь живешь?
Девочка кивнула.
– Смотрю вниз и просто поражаюсь, так далеко. Здесь ведь пятнадцать этажей, верно?
Девочка странно кивнула.
– Если человек свалиться отсюда, то ему будет ужасно страшно, а потом дикая боль. В общем, боже упаси! – сказала Верона, округляя глаза.
– Зато потом свобода. – тихо прошептала девочка, упрямо смотря вниз.
– Знаешь, один мой знакомый, хороший парень, но глупый и слабый. Да именно слабый, потому что он не захотел бороться со всеми препятствиями, которые ему дала жизнь. Так вот, этот глупец прыгнул с дома, но там оказалось недостаточно высоко, так вот он разбился. Но не насмерть. Он рассказывал, что когда сделал шаг в пропасть, то сразу же пожалел об этом, но этого шага было не вернуть. Ты умненькая девочка, понимаешь да? Так вот, он стал инвалидом. И теперь он просто мечтает вернуть тот день, когда сделал роковой шаг. Помимо этого, ему до сих пор снятся кошмары. Но уже ничего не вернуть.
«Я ужасный психотерапевт!», подумала Верона.
Все это время она была напряжена и готова вскочить и перехватить девочку в любую минуту, но часто люди, которым действительно больно, хотят сделать это в одиночку. Верона краем глаза наблюдала за подростком. Та смотрела на девушку и совсем растерялась.
– А если нету сил жить? – тихо спросила она.
– О, поверь, у каждого человека бывают плохие времена, а потом они проходят и все меняется. Надо просто выдержать и ждать.
– А если уже ничего нельзя исправить? – нервно спросила девочка, дергая себя за рукав.
– Иди ко мне, ты стоишь там вдалеке, нам будет легче разговаривать. – как ни в чем не бывало, сказала Верона.
Девочка медленно подошла и села.
– Смотри, правда страшно? – сказала Верона, указывая вниз.
Девочка посмотрела, и в ее глазах появился страх.
– Сделай мне одолжение, доешь торт, а то я уже два куска слопала. Совесть мучает!
Девочка взяла коробку и долго смотрела внутрь, потом слезы брызнули у нее из глаз. Это дало Вероне повод ненавязчиво приобнять ее, а на самом деле вцепиться в нее на всякий случай.
– Что не так? Он так плохо выглядит?
– Нет, – девочка так всхлипывала, что не могла выговорить ни слова.
Верона обняла ее, окутывая ту своим теплом. Девочка казалась такой хрупкой.
– Расскажи мне, ведь не зря мы встретились. Твой ангел заботится о тебе. А когда ты опечалена, то он тоже печалится, и старается сделать все, чтобы ты стала опять веселой.
«Верят ли дети в наше время в ангелов?», – тут же подумала Верона.
– Моя мама, – девочка опять зарыдала, и Вероне приходилось вслушиваться в слова, чтобы разобрать их. – она готовила мне вкусные лимонные пирожные.
«Готовила…Прошедшее время», – призадумалась Верона.
– С ней что-то случилось? – спросила Верона, боясь услышать ответ.
Девочка долго молчала и смотрела вдаль. Верона не разжимала объятий и совсем не знала, что сказать.
– Она умерла. – произнесла девочка.
– Мне так жаль! – сказала Верона, хотя сама терпеть не могла эти слова, разве они могли помочь…
– Мы поссорились с ней! – снова начала всхлипывать девочка. – И я наговорила ей кучу гадостей. Я такая дура! Она не пустила меня с девочками загород, а мне так хотелось поехать. Мама сказала, что будет беспокоиться за меня, но тогда мне было все равно. А потом она…
– Все ссорятся с мамами. Поверь мне. Я со своей не раз ругалась из-за ерунды.
– Но я же больше с ней никогда не померюсь, и она не узнает, как я сожалею.
