— Подстилка.
— Лишь бы из общаги вылезти.
— Нищета…
Законная гордость лучшей ученицы была растоптана. Еще утром, собираясь на праздник, когда они вместе распаковывали из коробок доставленные из магазина новенькие мантии, она была счастлива! Она по-настоящему гордилась собой и не без оснований — девушка из деревни, мама — крестьянка, отец — солдат, умерший совсем молодым… Скоро она, выпускница столичного университета, приедет домой, обнимет маму, познакомит ее с Алексом, он ей обязательно понравится! А потом они сыграют веселую свадьбу! О том, понравится ли она родителям Александра, Анна как-то не думала. Да он и не говорил об этом никогда. Конечно, будучи девушкой очень и очень неглупой, она прекрасно отдавала себе отчет в том, что если бы не политика служения Отечеству, принятая королем Эриком Вторым, то ничего бы этого не было.
С другой стороны, наивные мечты о предстоящей свадьбе с возлюбленным говорили о том, что она если не дура, то очень, очень, очень наивна. Почему она раньше об этом не подумала? О том, как воспримет его семья ее происхождение? Ведь она же знала, что он из очень уважаемого, знатного рода. Их семья была представлена ко двору.
Так почему?
Да потому что некогда! Некогда ей было думать об этом! Она училась. И за себя, и за этого… Из очень знатного рода. С не очень сильными способностями и очень сильной ленью. Она ночей не спала, сидя за книгами. А он спал. Сладко так спал. А она смотрела на него и улыбалась.
Дура! Алекс — лентяй и бездарь! Еще и предатель. Как же она не замечала всего этого раньше? Он же только что стоял перед ней. Высокий, красивый молодой человек, в новенькой мантии, с серо-голубыми глазами — совершенно…ЧУЖОЙ.
Да… Храни, о небо, Эрика Второго, потому как если бы не он, была бы девушка Анна плохая крестьянка. К земле у выпускницы университета не было никакой склонности, а прополку она и вовсе истово ненавидела, несмотря на все увещевания мамы. И такое отчаяние нахлынуло вдруг. Куда она полезла? На что надеялась? Зачем столько лет работы над собой? Не только учеба — манеры, осанка. А руки? Сколько она потратила сил и средств, чтобы привести кожу в порядок! Зачем? Все напрасно. Этот мир не даст забыть о ее происхождении. О том, кто она такая.
Никогда…
Она огляделась. Вокруг — довольные, сияющие злорадством лица. Им мало ее унижения. Мало позора. Они, казалось, жаждали ее крови. Оставаться в Академии магии, которую она за эти пять лет привыкла считать своим домом, больше нельзя. Нет никакого смысла. Придется извиниться перед метром Бригером, но это все потом. А сейчас…
Прочь! Прочь отсюда.
С каждым шагом Анна шла все быстрее, пока, наконец, не вбежала в ректорат, резко распахнув дверь и едва не сбив с ног студента, несшего тяжелые папки с документами.
— Это что за безобразие! Студентка? — рявкнула рыжеволосая полная дама, бессменный секретарь местного ректората.
Мадам Керри вскочила было с места, но, увидев шапочку и мантию, тут же сменила гнев на милость:
— Бакалавр…? Разве можно так себя вести? Погодите-ка… Анна? Не верю своим глазам… Анни Лаапи, лучная выпускница этого года, если не ошибаюсь? Что у вас случилось, дорогая вы моя?
— Добрый день. Мне надо срочно подписать контракт на отработку.
— По распределению вы остаетесь в Академии, на кафедре, — удивилась секретарь.
Стараясь отдышаться, Анна отрицательно помотала головой, уперев руки в стол секретаря.
— Мне кажется, — осторожно проговорила дама, ища глазами графин с водой, — Этот вопрос необходимо согласовать с вашим научным руководителем. Присядьте!
Женщина встала, молча налила воды и подала стакан девушке, взглядом указывая на стул. Выпив всю воду залпом, до дна, девушка вернула стакан, но присесть отказалась.
— Я обязана послужить королевству!
— Бесспорно, но…
— Вы должны меня отправить… Куда-нибудь подальше!
— Должна?
— Пожалуйста… Очень вас прошу. Ну… Мне правда очень, очень нужно! Неужели… Неужели совсем ничего нельзя сделать?!
Секретарь усмехнулась:
— Ну, давайте, упрямая вы девчонка, посмотрим, что из «подальше» у нас осталось. Предупреждаю сразу, тут такие дыры, в которые мы не определили даже тех, кто не очень удачно сдал экзамены.
— Это же прекрасно! — в запале выкрикнула Анна.
Женщина внимательно посмотрела на выпускницу и тяжело вздохнула. Сколько она помнила Анни Лаапи, эта девушка никогда себе ничего подобного не позволяла. Ни врываться в ректорат, ни спорить. Ни повышать голос. А сейчас…
— Вот, посмотрите, — секретарь взяла с полки увесистую папку. — Так… Что тут у нас… Вот! Место мага-защитника в городе Бренон. Это…
Анна выхватила папку из рук секретаря, взяла ручку из стакана на столе и, не глядя, поставила подпись.
— Лихо, — с неодобрением взглянула на нее секретарь, — Может, стоило все же подумать?
— Что здесь происходит? — раздался звучный гневный голос.
Дверь распахнулась, и на пороге ректората появился пожилой, седовласый, очень недовольный маг.
