– У нас есть инструменты в тачке, nigga, – сказал я. – Можно открыть дверь, в чем проблема-то? Дэнни, сходишь до машины, притащишь все?
– Без проблем, – ответил тот, вытащил из кармана свой комплект ключей и пошел в сторону тачки.
То ли Дэнни забыл, где мы находимся, то ли расслабился за три дня относительной безопасности, но пошел он в сторону машины не по нашим следам, а кратчайшим путем. Да и сам я был хорош: обратил на это внимание только тогда, когда парень преодолел половину расстояния до броневика.
– Стой! – закричал я.
Дэнни, повернув голову в мою сторону, сделал автоматически еще шаг вперед и исчез, не издав ни звука. Не было ни электрических вспышек, ни дуновения ветра, ни струй огня, к которым за время, проведенное в Зоне, я уже успел привыкнуть. Парень просто пропал.
– Твою мать! – заорал я, выхватывая из кармана очки.
Натянув их на лицо, я посмотрел на то место, где только что был Дэнни, и ничего не увидел. Я подумал было, что аномалия уже успела разрядиться, переработав тушку нашего расиста. Детектор же не распознавал никаких опасных образований на том участке.
Я подбежал туда, где парень стоял перед тем, как исчезнуть. На том месте не было никаких следов – ни пятен, ни трещин, ни крови. Только почти идеально круглая лужа с водой настолько прозрачной, что можно было сквозь нее рассмотреть каждую трещинку на асфальте.
Интуиция подсказала мне, что с лужей этой что-то не так. Не бывает в природе таких идеально ровных окружностей.
– Твою мать! – громко выругался я. – Да как так-то, nigga?
Достав из подсумка на поясе запасной магазин к пистолету, я выщелкнул один патрон и аккуратно бросил его в лужу. Патрон бесследно исчез, оставив на воде расходящийся круг. Я тщательно всмотрелся в дно, но патрона там не было.
– Что это за хрень?! – вскрикнул один из сталкеров, показав куда-то вправо.
Развернувшись, я выругался гораздо громче и выразительнее, чем мой спутник. Из земли вырвался мощный поток воды, будто гейзер где-нибудь в Йеллоустоуне.[30] А через секунду этим потоком вынесло и Дэнни.
Парень был без сознания. Его подбросило не так уж высоко, максимум метра на полтора, но приземление было жестким.
Я, сам этого не осознавая, побежал к парню, который свалился лицом вниз. На всякий случай по широкой дуге я обогнул еще одну лужу, хоть она и не была идеально круглой, проскочил мимо аномалии, подкрашенной детектором кислотно-зеленым цветом.
Подбежав к Дэнни, я перевернул его на спину и проверил пульс на сонной артерии. Пульса не было. Парень не дышал и, судя по мертвенно-бледной коже, в ближайшее время самостоятельно начинать дышать не собирался.
Виктор подбежал ко мне и помог стащить с парня дождевик, разгрузку и бронежилет. Выхватив из кармана нож, я разрезал дурацкую футболку с логотипом пивной марки и приложил ухо к груди Дэнни, изо всех сил надеясь услышать стук его сердца. Тщетно.
Вик стал делать ему искусственное дыхание.
– Массаж сердца делать умеешь? – спросил он в перерыве между вдохами.
Я, решив зря не бросаться словами, с силой врезал кулаком по грудине парня. Наклонился, прислушался и, не услышав сердцебиения, сложил руки крест-накрест и принялся делать закрытый массаж сердца.
– Давай! – зарычал русский.
Мы увидели, что грудь расиста мерно поднялась и опустилась.
– Давай! – вновь зарычал Виктор.
Я стал давить на грудь Дэнни, заставляя его сердце гонять кровь по сосудам. Вик продолжал заталкивать через рот воздух в легкие парня.
Из-за моей спины послышались выстрелы. Я повернулся, схватившись за автомат, но один из сталкеров махнул мне рукой: мол, сами справимся.
Со стороны дороги к нам приближалась небольшая стайка рапторов. После случившегося в канализации под поселком я стал сильно опасаться этих не особо страшных с виду зверьков, но три ствола должны были сдержать их на безопасном расстоянии.
– Качай, Райес! – приказал мне Виктор.
Я снова сложил руки на грудине парня и сделал еще пять нажатий.
Не знаю, сколько мы работали за сердце и легкие Дэнни, которые вдруг отказались выполнять свою работу, – может быть, минуту, может быть, двадцать, – однако вскоре Вик наклонился к Дэнни, прислушался, и на лице у него отразилось облегчение.
– Дышит, – произнес он.
Я приложил два пальца к сонной артерии парня и с удовлетворением отметил, что его сердце снова бьется. Часто, мелко-мелко, но бьется.
– И сердце бьется, homie, – ответил ему я. – Что дальше?
Парень открыл глаза, глубоко вдохнул и тут же принялся кашлять.
– Что такое? – спросил он, отдышавшись. – Почему я весь мокрый?
– В воду упал, – ответил Вик. – И отключился. Еле откачали.
Дэнни поднял голову, посмотрел на разрезанную футболку и сокрушенно вздохнул. Мотнув головой, он приподнялся на руках и уселся.
– Черт, футболку жалко, – произнес он. – В Бразилии таких точно не достать, а до Америки когда доберемся еще… Парни, а ведь вы спасли меня.
– Дошло наконец-то, nigga, – ответил я, улыбнувшись.
– Спасибо, парни. – Дэнни все еще выглядел паршиво, но уже постепенно приходил в себя. – Реально спасибо, я вам очень благодарен.
