– Таверес сказал подниматься к нему, как разберемся с трупами, – перевел тему сталкер. – Хочет что-то сообщить.
– Интересно, что, – усмехнулся Дэнни.
– У нас теперь выбора нет. Пайки сгорели. Здание может развалиться в любой момент. А диверсанты вернулись и, видимо, сходили успешно. Придется штурмовать блокпост, что тут еще скажешь.
– Никогда не думал, что придется стрелять в армию моей же страны. И за то, что они всего лишь выполняют приказ, – мрачно произнес один из полицейских.
– Хватит, и так тошно, – сказал второй коп. – Я не представляю, что нам дальше делать. Туристам-то все равно, они вернутся на родину – и все. А мы наверняка числимся в списках погибших – все, поголовно.
– Пойдемте уже. – Сталкер поежился.
После нападения «лиговцев» мы смогли выставить всего двадцать пять бойцов. Еще пятнадцать человек вызвались из гражданских. Таверес, конечно, приказал выдать им оружие и кое-как объяснить, куда нажимать, за что дергать.
Добровольцев сбили в отряд под командованием ди Оливеру. Их задачей было прикрывать основную группу сзади – ни на что другое они были не способны, а так можно было хоть в какой-то мере избежать потерь.
Единственной нашей надеждой была быстрая и хорошо спланированная атака. Так, чтобы вояки решили, будто им противостоит какая-нибудь частная армия, и сбежали с блокпоста.
Мы были на месте к четырем утра, рассчитав время так, чтобы напасть, когда даже самые бдительные часовые начинают посапывать прямо на постах. Снайперы заняли позиции в двух высотках, с которых поле будущего боя великолепно просматривалось.
Остальные подбирались к блокпосту с разных сторон. Разделились на отряды: с севера наступали мы, с запада – отряд Тавереса, с востока – добровольцы под командованием ди Оливеру.
Нашей первоочередной целью были турели. Пулеметчика вполне мог убрать и снайпер, а вот разбить тяжелую металлическую конструкцию под силу было только танку. Или реактивному гранатомету.
Под мое с Виком совместное командование передали двух полицейских и сталкера. Дэнни, разумеется, от нас никуда не делся, болтаясь в хвосте отряда. В нагрузку нам выдали сразу два реактивных гранатомета, как раз для того, чтобы разнести тяжелые бронированные корпусы роботизированных пулеметов.
С каждой секундой я отчетливо чувствовал, как напряжение в воздухе становится плотнее. С полуночи тучи затянули небо, и дождь то начинался, то прекращался. К тому времени, как мы приготовились к нападению, он перешел в унылую морось, которая летела в лицо и мешала обзору.
Но нам это было даже на руку. Если бы меня еще не трясло так от холода и волнения, я бы вообще сказал, что это была идеальная ночь для штурма.
Я поправил синюю повязку на плече – опознавательный знак нашего отряда – и усмехнулся.
– Чего смеешься, Шон? – спросил у меня Дэнни, зябко поежившись.
– Да так, – ответил я. – Синий цвет – официальный цвет моей банды. Как в старые добрые…
Внезапно прожектор сдвинулся и осветил идущего по дороге к блокпосту человека в полицейской форме. Оружие его висело за спиной, а в руке мужчина сжимал какую-то ярко блестевшую вещь.
– Полиция Рио! – прокричал он, размахивая над головой рукой, в которой, как я понял, держал полицейский значок. – Свои! Парни, мы не можем больше, выпустите нас!
Военные никак не отреагировали. Коп продолжал идти по дороге, освещаемой прожекторами. Ему пришлось поднять вторую руку, чтобы прикрыть глаза, но он продолжал размахивать над головой значком.
– Выпустят? – спросил вдруг Дэнни.
Ответом ему была автоматная очередь с одной из вышек. Коп запнулся и упал, выронив значок.
– Сам видишь… – начал было я, но раздавшийся где-то вдалеке взрыв, прервал меня на полуслове.
Тарелка спутниковой антенны слетела с креплений и упала вниз. После второго взрыва свет над всей базой погас.
На секунду мне подумалось, что это поможет вырубить турели, но эта мысль почти сразу же сменилась другой: «Наверняка у пулеметов есть аккумуляторы и прочие резервные системы – на случай, если электричество выключится. Все-таки они здесь должны Зону сдерживать, а от нее лучше перестраховаться».
Танк, стоявший на невысокой насыпи, взорвался, башню оторвало от корпуса и отбросило на несколько метров в сторону. Его собрат по другую сторону дороги просто вдруг подпрыгнул и зачадил черным дымом.
Бронетранспортеры вспыхнули и сгорели одновременно, внеся в унылый пейзаж свою долю разнообразия. Над блокпостом завыла сирена, появилось шевеление: солдаты, выбегая из казарм, занимали посты.
– Понеслась, – произнес один из полицейских, вскидывая трубу ручного гранатомета.
Я, понимая, что сейчас произойдет, бросился на землю, закрыв глаза и уши. Реактивная струя едва не опалила нас, ракета ушла куда-то в сторону и разорвалась.
– Достал одну турель, – произнес коп довольно. А в следующую секунду его буквально разрезало пополам очередью из крупнокалиберного пулемета.
Горячая кровь брызнула мне в лицо.
