Тот факт, что только вид его обнаженного тела заставил Лайзу Броумвель ему поверить, наталкивал на мысль о том, как же близко они были с Джейсоном знакомы в средней школе?
Голоса в коридоре, в большинстве своем мужские, крики. Петерсон появился в дверном проеме первым, но за ним маячили и другие официально одетые люди и несколько охранников, которых мы видели раньше. Они были именно тем, что нам нужно. Кто-то, кто мог бы на камеру сыграть плохих парней и спасти нас. Обычно я не дожидаюсь, пока меня спасут, но такое внимание прессы меня немного выбило из колеи. Как общаться с людьми, к которым и силу-то применить нельзя?
Петерсон и его люди вывели прессу. Они попытались вывести и Лайзу Броумвель, но теперь она вцепилась в Джейсона и всматривалась в него. Женщина, вошедшая из коридора, пыталась убедить Лайзу отпустить Джейсона. Она была на высоких каблуках, которые делали ее почти шестифутовой, с гладкими темными волосами, выглядевшими прямыми, но держу пари, что они на самом деле вились. Она была красива с макияжем в стиле «я-читаю-Космо». Знаете, из тех, что могут сделать женщину привлекательной для мужчин и поводом для ревности у женщин, но на самом деле не добавляющих натуральности. Такие женщины всегда заставляли меня чувствовать себя неуютно. Я просто не понимаю их настолько, чтобы ревновать.
Петерсон выставил репортеров из номера с помощью охранников. Двое из которых остались по эту сторону двери, чтобы сдерживать журналистов, если они вновь попытаются сюда ворваться. Конечно же, я думала, что они этого делать не станут, но мы попали в своего рода Сумеречную зону для прессы, где обычные правила, казалось, не работали.
Брюнетка протянула мне руку.
— Я Триш, подруга невесты, и мне очень жаль, что я не смогла ее вовремя остановить. — У нее было крепкое рукопожатие, хотя рука была великовата, и было такое чувство, будто ее длинные ногти войдут в мою руку, если она сожмет ее сильнее.
— Как она нашла нашу комнату?
— Репортер знал номер. Он сказал ей, что видел, как Кит регистрировался с какой-то брюнеткой. У него были фото вас двоих, уходящих в сторону номера.
— Девичник должно быть в самом разгаре, раз она так напилась, — заметила я.
Триш отрицательно покачала головой.
— Он еще даже не начался. Она была еще в себе, когда мы оставили ее.
Я посмотрела на миниатюрную белокурую женщину, она была на дюйм ниже нас с Джейсоном. Она стояла возле него, цепляясь за его халат, будто без него и его рук ее тонкое тело упадет на пол. Должно быть, что-то отразилось у меня на лице, потому что Триш сказала:
— Должно быть она напилась одна в своей комнате. Подружки невесты нашли ее в одиночестве, пьяную и прижимающую к груди фото вас и Кита.
— Не Кита, — уточнила я.
Триш кивнула.
— Очевидно, что нет, но сходство просто пугающее.
Я не могла не согласиться. Теперь, когда Лайза больше не кричала, не выла и не пыталась выцарапать глаза Джейсону, я поняла, что они очень похожи, что Лайза Броумвель больше напоминала сестру Джейсона, чем любая из его настоящих сестер.
— Вы первая женщина, кто не из этого города, и с кем я могу это обсудить. Это только мне кажется или они и правда похожи? — спросила Триш.
— Не только вам, — согласилась я.
— Вы видели много потомков старика Джедедая и его прямых родственников с холмов?
— Пока нет, — сказала я.
— Они все очень похожи, потому как связаны.
— Джейсон сказал, что Джедедай Саммерленд отметился в большей части жителей того времени.
— Когда вы увидите прием по случаю свадьбы, вы в этом убедитесь.
Я посмотрела на нее.
Она кивнула, слегка расширив глаза.
— Подождите и вы увидите эту Сумеречную зону.
— Нас посетил репортер с камерой, куча вспышек разрывали наш номер, я думаю, я уже в Сумеречной зоне.
— Хотела бы я сказать вам, Анита, что это так. Могу я вас звать Анитой?
— Конечно же.
— Я дружу с ними, потому когда объявили о свадьбе, я получила примерно такое же внимание прессы. Вы хотите узнать, почему вас с Джейсоном так атаковали?
Я кивнула.
— Они приняли Джейсона за Кита, у которого и в самом деле по слухам есть брюнетка на стороне. Может быть это и правда.
Джейсон усадил Лайзу на стул. Он потирал ей плечи, пока мягко что-то ей говорил.
— Если это так, почему она выходит за него замуж? — спросила я.
Триш взглянула на меня.
— Что?
— Он богат, красив, адски забавен, когда не строит из себя ублюдка. Его отец — губернатор, собирающийся баллотироваться на пост президента. Он может сделать карьеру в Белом доме.
Она смолкла, будто достаточно объяснила, почему женщина способна выносить измены мужчины еще до свадьбы. Наконец заговорила я:
— Вы не сказали ничего, что могло бы заставить меня простить измену мужчины перед самой свадьбой.
— Это одна из самых крупных свадеб в этом году в стране, и отступать теперь не было бы большим оскорблением, чем пойти до конца?
Я покачала головой.
— Для меня это тоже не аргумент.
Триш изучала мое лицо, будто пытаясь понять, шучу я или нет.
— Вы и правда послали бы его в задницу?
— Скорее всего да. — Теперь была моя очередь всматриваться в нее. — А вы разве нет?
Она рассмеялась нервным смехом.
