«Блаженное неведение или полный пофигизм? — прикинул Белов. — Нет, психов в такие группы не берут. Скорее, своеобразное умение ждать, иначе — не выживешь».
— У меня к тебе вопрос. — Белов встал напротив, но тот даже не пошевелился.
— У меня — тоже. Бандера, постой пока в сторонке.
Боец неожиданно легко встал, из такой позы Белов выбирался бы под стоны и аккомпанемент хрустящих коленок. Боец прошел немного вперед, тень его упала на лицо Владимира.
— Игорь, ты тут старший? — спросил Владимир.
— Я, — кивнул Белов. — Дима хоть и из высокой конторы, но по званию и должности-шестой подползающий. Командую здесь я.
— Тогда решай, берем Димку с собой или нет.
— А почему так вопрос стоит? — насторожился Белов.
— Потому что он мне не нравится.
— А мне водка теплая не нравится, но я ее, гадину, если надо, пью! Ты же не первый год в армии, Володя, а еще не дошло, что когда на одном квадратном гектаре все на один толчок бегают, то терпеть приходится всех.
— В казарме терпишь, в окопе — нет, — возразил Владимир. — Не верю я ему.
— Та-ак! — Белов присел, опершись одной рукой о землю. Лицо Владимира теперь было освещено, но прочитать по нему, о чем тот думал, не удалось. — Что такое?
— Наверно, уже догадался, мы их маршрут нашли, — прошептал Владимир. — Сейчас я тебя по нему проведу. Но этого хорошего мальчика с собой возьму, только если ты прикажешь.
— Интригуешь? — усмехнулся Белов. — Нашел время и место!
— Потом спасибо скажешь. Я в ваши расклады не лезу, но кое-что понимать уже начал. Да и шептались вы не так уж тихо. Есть масса вопросов, но задаю один — молодого берешь?
— Пошли! — Белов, крякнув, встал на отяжелевшие ноги. — Долго идти?
— Нет. Кто же на себе цемент за версту попрет! — Владимир легко, как и его боец, вскочил. — Берешь молодого?
Нет, — решил Белов.
Освещенная площадка скрылась за поворотом, недолго на правой стене плясали отсветы, потом сразу сгустилась мгла. Белов шел, ориентируясь на чавканье сапог Владимира, глаза, привыкшие к яркому свету, ничего не различали даже в тусклом круге фонарика, только контур тела идущего впереди.
— Считай шаги, иначе крыша слетит, — бросил через плечо Владимир, не сбавляя темпа.
Белов попробовал, но быстро сбился. Сознание все слабее сопротивлялось ирреальности происходящего, все чаще и чаще его догоняла мысль, что все — лишь сон, и он легко проснется, когда окончательно станет невмоготу. Белов закрыл глаза, движения сразу стали легкими, он понял, что идет, как сомнамбула, обреченно, с глупой ухмылкой на губах.
В лицо ударил свет. Белов вздрогнул и непроизвольно откинулся назад.
— А вот этого делать не надо, — сказал Владимир, цепко подхватив его под локоть. Опустил фонарик ниже, чтобы не слепить Белова. — Шаги считай, иначе заснешь. Стукнешься темечком о стенку, даже каска не поможет. Года два придется учиться по слогам читать.
— У тебя уже так было? — Белов покрутил головой, медленно приходя в себя.
— А как же! Мама-мыла-раму. — Владимир вытер пот с лица, оставив грязные борозды. — Можешь расслабиться, уже пришли. — Он посветил вверх. В кирпичном своде зияла черная дыра. — Сможешь?
— Нет, конечно! — удивился Белов, прикинув расстояние до потолка.
— А они шли здесь. — Владимир посветил на пол. В слякотном месиве, покрывавшем кирпичи, отчетливо виднелись отпечатки ног. — Свежие — моих охламонов. Те, что с белой каемкой, — их. В цементе топтались. Минимум четверо. Дальше следов нет, мои проверили.
— Не по воздуху же взлетели? — недоверчиво протянул Белов.
— По воздуху, естественно. — Владимир направил луч в дырку. — Монах, хватит зыркать зенками, фал давай!
Сверху упал конец тонкого троса. Потом свесилась голова.
— Тянуть или сами залезете? — раздалось сверху. Владимир бросил взгляд на тяжело дышавшего Белова и скомандовал:
— Тяни!
Быстро обмотал трос вокруг талии Белова, завязал мудреным узлом, хлопнул по плечу.
Белов медленно поплыл вверх. Вцепился в канат, сдавленные обручем ребра не дали дышать полной грудью, от натуги перед глазами заплясали светлячки. Только под самым потолком сообразил, что человек так тянуть не может.
— Руку давай, — прохрипели из дыры. Белов, болтаясь, как пьяный циркач, все же умудрился просунуть руку в черный зев дыры. Кисть сразу же перехватили цепкие пальцы. Белов зашипел от боли, и его резко втянули в темноту.
— Отползай, — прохрипел в лицо уже знакомый голос. Невидимые руки обшарили одежду, нащупали узел, повозились, потом по животу змейкой скользнул канат.
— Лови, командир! — Трос полетел вниз. Не успел Белов прийти в себя, а Владимир уже протиснул тело в узкий лаз.
— Живой? — спросил он, плюхнувшись рядом.
— Наверно, — прошептал Белов, прислушиваясь к очумелому бою сердца.
— Тогда смотри. — Владимир направил фонарь в потолок. Света оказалось достаточно, чтобы разглядеть рядом с собой некое подобие лебедки. — Это — раз. Пошли дальше.
Он помог Белову подняться. Посветил вперед по тоннелю. Метрах в двадцати забликовал черный скелет лестницы.
