Энергичный, с плотно сжатыми губами, Джон Моррис образца 1985 года все еще наслаждался остатками былой славы руководителя, осуществившего успешную операцию по прослушке штаб-квартиры мафии в 1981 году. Он воспринимался всеми как опытный ветеран, вдумчивый и преданный своей работе. Он также вел двойную жизнь либертина[97], как и другие участники «заговора о сотрудничестве»: Джон Коннолли, Уайти Балджер и Стиви Флемми. У каждого была заготовлена публичная роль, которая резко контрастировала с его частной жизнью. Моррис и Коннолли днем были агентами ФБР, а ночью «зажигали» с двумя бандитами, которых ревностно оберегали даже ценой пренебрежения правилами и нарушения законов. Балджер и Флемми наслаждались репутацией «четких» парней, которые всегда ухитрялись обмануть полицию, тогда как фактически они годами получали «сливы» от ФБР о своих друзьях и врагах в преступном мире и наслаждались защитой, предоставленной им главной правоохранительной службой страны.
Моррис был полностью в руках у Балджера – попросив, а потом и приняв тысячу долларов на перелет Дебби Ноузворти в Джорджию в 1982 году. И в начале 1984 года, как раз когда началась операция УБН, Моррис откусил еще раз от яблока, протянутого ему Балджером.
«Коннолли позвонил мне и сказал: “У меня есть кое-что для тебя от наших друзей. Приезжай и забери”. Я приехал забрал. Это был ящик вина, целая дюжина бутылок. По пути к выходу Коннолли сказал мне: “Неси осторожнее, там на дне есть еще кое-что для тебя”. Так что я забрал ящик, а когда дома открыл его, то нашел на дне конверт с тысячей долларов». Получалось, что Моррис нуждался в таких знаках внимания, чтобы их дружба продолжалась. Он беспокоился не о том, что ему следует отправиться к начальнику бостонского отделения Бюро и доложить обо всем; наоборот – его прищуренные глаза, казалось, высматривали способ, как сохранить это в тайне и удостовериться в том, что никто за ним не наблюдает. Так что он достал штопор, откупорил бутылочку вина, положил в карман деньги от Балджера и предался своим скромным удовольствиям.
Но если Балджер рассматривал ящик вина как очередной взнос в получение «страховки» от ФБР, то ему пришлось разочароваться в ожиданиях. ФБР сочло Морриса образцом честности и отправило бывшего начальника отдела в Майами руководить оперативной группой агентов для расследования, кроме прочего, коррупции одного из сотрудников ФБР во Флориде. Время для этого было ужасно неподходящее, принимая во внимание заметно возросшее внимание к Балджеру и Флемми со стороны агентов УБН и полиции Куинси. Весь остаток этого и начало следующего, 1985 года Балджер и Флемми отбивались от полицейской слежки с помощью Коннолли и отчасти Джима Ринга. Это оказалось совсем не простым делом, и теперь, когда агенты федеральной службы по борьбе с наркотиками отступили на исходные позиции, а Джон Моррис вновь дал о себе знать, момент для воссоединения казался самым подходящим. Пора было подкрепить их тайный альянс хорошим ужином, обговорить некоторые старые дела – ту же операцию «Бобы», да и обсудить появление новых тревожных обстоятельств, таких, например, как давно откладывавшийся, но вот-вот готовый начаться процесс по обвинению в вымогательстве против Дженнаро Анджуло, с рассмотрением всех записей разговоров мафиози, сделанных ФБР на Принс-стрит, 98. Процесс, который должен был стать самым крупным в Бостоне за несколько последних десятилетий, мог вскоре начаться, и Балджеру с Флемми было чего опасаться по поводу тех магнитофонных записей.
Еще до совместного ужина Коннолли сообщил им, что главари мафии Джерри Анджуло и Ларри Дзаннино часто вели разговоры о Балджере с Флемми, оставшиеся на пленках: по словам Флемми, говорили «о разных криминальных делах». Особенным поводом для беспокойства Флемми были разговоры мафиозных главарей о его роли в убийстве трех братьев Беннеттов в 1967 году. Но было много и другого. Коннолли подробно рассказал о содержании диалогов итальянских бандитов. Флемми вспоминал об этом так: «Беннеттов упоминали на записях… Джон Коннолли также говорил что-то про азартные игры, если я правильно помню, дела с какими-то букмекерами, в которых и мы тоже участвовали. Кажется, Джерри говорил, что у Балджера все схвачено в Южном Бостоне, у Стиви – в Саут-Энде и что мы выколачивали столько-то и столько-то баксов из букмекеров. Он даже упоминал сумму – что типа Уайти получает пятьдесят штук баксов в неделю откатами от букмекеров».
Флемми и Балджер были не на шутку встревожены. Если не считать кампанию по прослушке мафии в 1981 году, это была именно та ситуация, по поводу которой они оба неоднократно выражали беспокойство: даже если они и не засветятся в доме 98 по Принс-стрит, боссы мафии все равно будут разговаривать между собой об их общих деловых интересах. Одним словом, преступникам требовалось подтверждение обещания, данного Моррисом и Коннолли в свое время, что в обмен за их помощь против Анджуло записи не будут использованы против них.
